— Я не могу дать тебе то, что ты хочешь. — Я покачала головой. — Кроме того, все не должно быть в такой форме.
— Какой?
— Требования и ультиматумы.
— Да, именно так и должно быть. Ты что, не понимаешь? Я не могу продолжать надеяться, что однажды ночью ты проскользнешь в мою постель и снова поцелуешь меня. Я не могу перестать мечтать о твоих губах на моих или о моих пальцах в твоем теле. Я хочу тебя, Эстель. Нет, ты нужна мне. И пока не пойму, на каком этапе мы находимся, я не могу перестать надеяться.
Он смотрел на меня с таким гневом и в то же время с мольбой. Он кричал, но вся власть была в моих руках, потому что, если я не соглашусь, он не сможет заполучить то, что хотел.
Он был взбешен тем, что ему пришлось предоставить мне выбор. Я была удивлена, что он не проигнорировал мои протесты и не заявил на меня права.
Я бы позволила ему.
Меня передернуло от правды. Я бы не только позволила ему — в некотором смысле, хотела этого. Он бы снял с меня ответственность, и у меня не было бы выбора, кроме как падать и падать, и навсегда отдать свою жизнь.
— Я… я…
Сделай это. Перестань бороться. Он тебе нравится. Ты хочешь его. Какого черта ждешь?
Жизнь была слишком коротка для глупостей. Страх, что дети увидят нас, был несущественным — они были достаточно взрослыми, чтобы понять. Страх, что я отдам ему свое сердце, а он умрет и бросит меня, был неприемлем, потому что такая возможность существовала в самом крупном мегаполисе или на самом маленьком острове. А мысль о том, что однажды нас найдут, и мое сердце будет разбито, потому что Гэллоуэй решит, что я не более чем интрижка, была незначительной, чтобы отказаться от временного счастья.
Мы могли бы быть вместе.
Мы могли бы доставить друг другу удовольствие.
Вместе нам могло быть лучше, чем врозь.
Я сделала шаг ближе, мои глаза встретились с его.
Он выпрямился, подпитываясь от меня, пока мое решение становилось все сильнее и сильнее.
Да, я хотела этого.
Да, я хотела его.
Я хотела его поцелуев. Его прикосновений. Его нашептываний. Его ласк.
Хотела, чтобы он был внутри меня. Хотела засыпать в его объятиях. Хотела кричать от удовольствия, когда кончала. И хотела наслаждаться похотью, зная, что могу сделать для него то же самое.
— Гэллоуэй…
Он замер.
— Да или нет, Эстель. Если «Да», то тебе лучше быть готовой, потому что я больше не выдержу.
Мы преодолели пропасть между нами.
Осталось ещё немного.
Сущая мелочь.
Мой живот сжался в предвкушении.
— Я… я хочу тебя.
Он закрыл глаза.
— Спасибо, черт возьми, за это.
Он сделал еще один шаг. Сокращая расстояние между нами.
Моя кожа ожила, умоляя о его прикосновении.
Он был бы счастлив со мной. Я бы предоставила ему безопасную гавань, где он мог расслабиться и перестать себя осуждать. Он узнает свою ценность по тому, как я обнимаю его, благодарю и смотрю в глаза, когда он проникает в меня.
Наши тела соприкасаются.
Он входит в меня.
И каждый раз, когда он испытывает оргазм…
Я резко остановилась.
Нет.
Нет, нет, нет.
Гэллоуэй напрягся.
— О чем бы ты ни думала, прекрати. Ты уже приняла решение. Это было да, Эстель. Я видел это в твоих глазах. Ты собиралась сказать: «Да».
Я отступила назад. Один метр превратился в два.
— Мы не можем.
— Не можем? — Он нахмурился. — Не можешь или не хочешь?
— Мы не можем. — Я опустила голову. — Ты был честен со мной, поэтому я буду честна с тобой. Я хочу тебя. И ты это знаешь. Мысль о том, чтобы отдаться тебе целиком, приводит меня в ужас, но я бы с радостью обменяла свои истории на твои. Я хочу, чтобы твои руки касались моей кожи, твой язык был у меня во рту, и твое тело…
Он простонал:
— Тогда сделай это. Я с тобой. — Он протянул руку, его пальцы умоляли взять их. — Пожалуйста... иди сюда.
По-прежнему смотря вниз, я услышала печаль в своём голосе, когда заговорила:
— Но это не имеет значения. Я мечтаю о тебе, и это не может быть чем-то другим. Только мечтой.
— Что? — Его лицо исказилось от ярости. — Почему, черт возьми, это не может быть реальностью, если ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя?
Подняв глаза, я не могла поверить, как сильно скучала по современному миру. Я бы многое отдала, чтобы рядом была аптека или врач, который может выписывать рецепты. Но он этого не понимает.
Оргазм означает комбинированное удовольствие.
Сперма означает комбинированное ДНК.
Секс означает комбинированную генетику.
Я могла бы забеременеть.
Я могла бы родить на острове без посторонней помощи.