Или...
Может быть, видео будут найдены спустя огромное количество времени с настоящего момента, когда телефон будет выброшен на берег в бутылке, в качестве послания к внешнему миру, от четырех людей, потерпевших катастрофу, которые не смогли выжить.
Не волнуйся, когда судьба идет наперекор тебе. Не плачь, когда жизнь не слушает тебя. Будь смелым и верь, что ты выживешь. Будь сильным и никогда не сдавайся.
Никогда не сдавайся.
Никогда... не... сдавайся.
Текст песни «Никогда не сдавайся» взят из блокнота Э.Э.
…
Четыре недели.
Сентябрь перешел в октябрь.
Кокосы, моллюски и вода.
Кокосы, моллюски и вода.
Я чертовски устала от кокосов, моллюсков и воды.
Мы прикладывали все усилия, чтобы разбавлять нашу диету насекомыми и случайно пойманными ящерицами, но даже у голода есть пределы.
Несмотря на недостаток разнообразной пищи, мое тело все еще работает, месячные приходят и уходят вовремя, дети растут, и жизнь делает нас старше.
Я сильно хотела рыбы. Что-то полноценное и мясное. До этого момента, ни один из нас не мог обладать ни физическими навыками, ни умениями, чтобы словить таковую (а мы все старались огромное количество раз).
Я села, обняв руками ноги, располагая свой подбородок на коленях, в то время как мир вокруг нас просыпался.
Четыре недели по нашим подсчетам.
Мы прожили так долго, потому что делали, что мы знали. Но страх нас удерживал от того, чтобы попробовать что-то новое. Наряду с нашими неудачными попытками поймать рыбу, мы старались изо всех сил поймать чайку, которая приземлилась неподалеку, чтобы осмотреть нашу небольшую горку раковин.
Но у нас не получилось.
Мы медленно голодали от однообразной пищи.
Ухудшало ситуацию то, что моллюсков было все сложнее и сложнее находить. Каждый следующий день нам приходилось капать чуть глубже, уходить немного дальше. Мы истощили наши запасы, и теперь у нас не осталось выбора, кроме как заставить себя искать альтернативы.
Солнце появилось над горизонтом, распространяя свое розоватое свечение над океаном. Мои глаза устремились к водной глади. Но как бы то ни было, у нас не было никаких рыбацких снастей, не было ни единого шанса, что нам удастся поймать скользких дьяволят.
Нам было необходимо изменить это.
Пришло время к новой ступени. Приспосабливайся или умирай. Жизнь не была добра к тем, кто не мог помочь себе.
Мои ребра и грудь в большей степени излечились и больше не причиняли столько боли. Коннор снял ремешок со своего запястья и поклялся, что он вполне мог пользоваться им, испытывая только совсем незначительную боль, и плечо Пиппы аккуратно затянулось шрамами.
Только Галлоуэй был тем, кто чувствовал себя нехорошо. Его лодыжка заставляла его страдать. Он не мог передвигаться без своего костыля. Он притворялся, что в полном порядке, но я могла сказать наверняка, что он лжет.
Он хмуро смотрел на свою ногу, проклинал свою немощность и вел себя таким образом, словно он бы лучше отрезал ее, чем ждал, пока тело полностью исцелится.
Уже на протяжении недели меня терзали ужасные мысли, что, возможно, его лодыжка, голень и нога не смогут излечиться. Что, если его кости искривились, и как бы они не срослись, он навсегда останется хромым.
Не думай об этом.
Я прикусила губу, вернувшись к привычке, от которой была не в силах избавиться. Я также прикусывала внутреннюю сторону щек, повреждая кожу во время стресса. Мои зубы покрылись налетом, в кто время как зубная паста подошла к концу, а наши щетки стали мягкими от постоянного использования.
На прошлой неделе я научила других тому, что мне показала Мэделин, когда мы ходили на двойное свидание, и, когда семечко с нашего обеда застряло у меня в зубах. Когда Мэди научила меня, я была поражена от простоты (но откровенно говоря, от отвратительного) предложения.
Волосы.
Девушка с длинными волосами могла выдергивать волосинку и использовать ее в качестве зубной нити. Каждый вечер я выдергивала пару волосинок и отдавала их Коннору и Галлоуэю. Пиппа использовала свои собственные, и вместе мы старались из-за всех сил поддерживать гигиену рта.
Роль мыла исполняла морская вода и песок, а солнце так сильно пекло нас, что мы потели свободно и совершенно без какого-либо запаха. По мере того, как мы пользовались этим в качестве очищения, мы приспособились. Даже мои волосы нашли баланс с маслами и больше не выглядели грязными, а только покрытыми солью и волнистыми, с выгоревшими на солнце прядями.
Солнечного ожога мы так же избегали, оставаясь в тени, когда солнце стояло высоко и надевали одежду, когда у нас не оставалось выхода, кроме как находиться в его милости.