— Есть что пожрать, Валек?
— Ты охренел? — раздался голос с гостиной.
По вмятине на диване, Паша примерно понял местоположение друга, и направился в соседнюю комнату, в поисках пропитания.
— Ну, а чего? Деньги же у тебя. Мы торчим круглую сумму, братишка. Я продолжаю надеяться на тебя.
— Супермаркет не вариант. Слишком дальний путь через кучу камер. Слишком все заметно.
— А если ночью? Кругляк на Южке?
— Еще больше не вариант.
— Тогда какие предложения? Банк?
— И как ты себе это представляешь?
— Я не знаю, я хотя бы накидываю предложения.
— Нужен маленький, компактный магазин с хорошей выручкой.
— Ювелирка. Можно и товаром набрать. Хотя. После второго же ломбарда вычислят.
— Я тут был дома у себя, прогулялся по соседям, есть парочка мыслей.
— Интересно, я догадываюсь конечно, но хотелось бы выслушать. — Паша сделал себе огромный бутерброд с толстым куском колбасы, кислая вонь которой заполнила комнату, но парень откусывал очень даже аппетитно. Капающий майонез он ловил второй рукой и сразу же отправлял себе в рот, заедая кислую колбасу дешевым белым соусом.
— У многих есть некоторое сбережение. С десяток квартир по району моего дома, здесь по домам можно походить. Тут пенсионеров куча. Они по — любому на похороны себе копят. Может и наберем с миллион. Откупишься на время.
— Возможно. А что те придурки хотели — то. Ну, конкретики хочется. Меня же не было все таки.
— Они видели тебя в городе днем. Думали ночью дома будешь. За твой разгульный образ жизни прессануть хотели. Оказывается, ты им всего четыре ляма должен. Вот и все. Просто четверку на бочку.
— Вот суки. Один высокий такой был, другой не очень, в спортике?
— В точку.
— Я знаю их. Они же могли и просто позвонить, в чем проблема? Погоди, я сам им наберу…
Физик вытер руки об футболку и достал телефон. Первые секунд тридцать он просто наблюдал за черным экраном своего гаджета. После разблокировал отпечатком своего пальца, и еще столько же завис над меню телефона. В итоге, собравшись с мыслями, дрожащими пальцами нашел контакт, но не стал набирать его. Еще немного потупив, он развернулся и вышел на улицу. Валера попытался проследовать за ним, но как только он встал с дивана, комната качнулась, и невидимка с характерным звуком приземлился обратно на свое место. Квартирный шум стал на пару тонов ниже, картинка немного замедлилась. Комната погружалась в некий вакуумный купол, который разбил Паша, швырнув телефон в кресло.
— Сука…
— Что они сказали? — еле выговорил невидимка, медленно приходя в чувство.
— Завтра я кидаю им соточку на карту. Братан… Сотка за сутки нам нужна. Никак иначе. Давай! Дружище! Давай же разжевывать план! Квартирники… Это же четкая тема. Сотку за весь день рубануть то можно. Главное мне лицо не запалить. Как делать то?
— Заброшка. Есть здоровская идея. Ну, конечно же… Заброшка.
— Что? Торгуем землей? Недвижимость? Мужик! Я же серьезно сейчас.
— Я тоже. Угловой барак заброшенный, на пересечении улиц в сторону колодца. Ну тот, где мы портвейн раздавили цыганский.
— Допустим. Это не далеко.
— На углу дома, прям там, во дворе надо ямку выкопать. Беги в магазин, и купи лопатку карманную. Ну чтоб можно было спрятать в штаны. Для раскопок там, для поисковиков. Ну, как же ее там. Походная вроде? Капаешь на углу яму и не закапываешь. Я вытаскиваю из домов деньги, несу в яму и частично закапываю. Вечером ты все раскапываешь, по карманам и домой считать.
— Зачем такие сложности?
— Не знаю. Переживаю за тебя, что ли. Непонятное чувство.
16 ДЕЛО
Парни начали свою «операцию» ровно в девять утра. Потому что примерно через тридцать минут открывался магазин. Еще пол часа на яму. По плану Валера за это время должен был присмотреться к домам, и попробовать зайти в парочку, оценить свои силы и возможности в этом начинании.
Первой точкой кражи оказался слегка покосившийся домик в сотне метров от «подземного хранилища». Старые, деревянные ворота оказались открыты. Плотный деревянный засов был сломан, а петли же скрипели неимоверно громко. Сам домик был открыт. Заваленный советским хламом дворик смотрелся убого, но приятный запах выпечки все компенсировал. На кухне пыхтела огромная женщина. Она только и успевала перекидывать с горячей сковороды золотистые пирожки в огромную глубокую салатницу. Свежая партия сырья запускалась на раскаленное дно чугунного инструмента двумя руками. Задним фоном, перебивая шум жарки, играл огромный радиоприемник. Новомодная попса заставляла двигаться женщину в такт музыке. Она активно шевелила бедрами, периодически поднимая испачканной рукой свою челку, падающую постоянно ей в глаза. Помимо всего этого шума с заднего двора раздавался лай собаки, который немного пугал женщину, ведь она активно выглядывала в окно, ожидая в такой момент незваных гостей, иначе ее «Шарик» так не надрывался бы.