-- Какие? На что его могли купить? Корысть? Ерунда, это невозможно. Шантаж? - Эльгеро не из тех, кого можно запугать. Идейные соображения - опять же... Господи, Ивик, иль Рой - лучший человек, кого я знаю. Понимаешь? Самый чистый, самый... настоящий. И что? Не понимаю!
-- Подожди, Кель...- слабым голосом сказала она.
-- Ты что? - он потрогал рукой ее лоб, бледный, вдруг покрывшийся испариной, - тебе плохо?
-- Нет... просто понимаешь. Эльгеро мог узнать что-то новое.
И она стала рассказывать Кельму о сообщении Дамиэля. О том, что далеко выходило за рамки давнишних "Писем незнакомому брату".
-- Ведь если он это вдруг узнал... если это правда... тогда наша жизнь, наша борьба - все это не имеет смысла. Мы защищаем зло, понимаешь?
-- Подожди, - сказал Кельм. Ивик замолчала. Неужели это непонятно?
Это придуманная цель - защита Тримы. Никто и не собирается Триму уничтожать. И церковь тоже. Триманская церковь не лезет в политику, а духовные вопросы ведь дарайцам по сути безразличны, если они не касаются земных дел. К чему бы дарайцам уничтожать триманскую церковь...
-- Значит, так, - сказал Кельм, - эта версия не катит. Смотри. Если дарайцам в самом деле известно, что Дейтрос уничтожили мы сами, то это известно им давно. Так? Вряд ли эта версия стала внезапно известна именно сейчас - это было бы невероятно, с течением времени следы таких событий все больше стираются, и до истины докопаться было проще в первые годы, тем более - дарайцам, которые в этом очень заинтересованы. Дарайцы постоянно и активно ведут информационную войну против Дейтроса. Распространяют листовки и так далее. Ты в курсе. Причем у нас в квенсенах и боевых частях всю их ложь и все приемы, используемые в этой войне, тщательно разбирают. То есть мы в курсе того, что они пишут и что могут сказать. Уж во всяком случае разведчиков готовят так, что мы действительно знаем все. Повторяю - все, что нам могут сказать дарайцы. Когда я был в плену, они не сказали мне ничего, что бы я не слышал раньше. А мне, Ивик, долго и много говорили. Пять месяцев. Все уши прожужжали, все причины привели, почему я должен предать Дейтрос. И ты все это знаешь. Нас готовят именно на случай возможной перевербовки. Чтобы для нас ничто не стало неожиданностью. Так?
-- Да...
-- Но никогда, ни разу дарайцы не использовали этот факт, который придумал Дамиэль. Никогда. Мне в плену этого не говорили. Ты раньше тоже никогда об этом не слышала. Вообще об этом не слышал никто. Следовательно, это придумано недавно, следовательно, это ложь.
-- Может быть, - неуверенно сказала Ивик, - но...
Она замолчала.
-- Но ведь это логично, разве нет? Если отбросить все невозможные версии, последняя окажется правильной.
Кельм был прав, разумеется. Он верил своей железной логике. Но Ивик рассуждения никогда не убеждали до конца.
Если уж честно, ее собственная логика была слабой, она знала, что легко может ошибиться и не доверяла себе в логической оценке событий.
Противопоставить же этому она могла только ту бурю ощущений, эмоций, ассоциаций, которая охватила ее после знакомства с версией Дамиэля. Интуицию - "да, это очень похоже на правду". С другой стороны, верить в это не хотелось, конечно. Хорошо бы это оказалось действительно враньем...
Может быть, Кельм прав. Он ведь вообще редко ошибается, а может, и никогда.
Только осадок уж очень неприятный.
Ивик устала. Просто невыносимо устала от всего этого. Какая разница? Ей уже все равно...
-- А с этим Дамиэлем мне придется еще поработать, - сказал Кельм, - здесь я все закончил, тебе опасность не угрожает, Штопору, вероятно, тоже пока. Но вот со Светловой надо выяснить. Дело в том, что Дамиэль - действительно дараец... Я думаю, мне придется сегодня сбегать в Курган. По Медиане, конечно.
-- Прямо сегодня? - огорчилась Ивик.
-- Ну, я посплю немного... И да, думаю, ночью придется. Не расстраивайся, маленькая, я вернусь.
Ивик не ложилась спать. Она сидела за монитором, бездумно лазая по интернету. Писать она не могла, заниматься всерьез трансляторами совершенно не хотелось. Да и трансляторы еще не пришли в себя после празднования Нового Года. Ни единой мысли в голове не было. Так, одни отрывки. Временами она ходила на кухню за чаем. С нежностью смотрела на спящего Кельма, присаживаясь рядом с ним. После полуночи он проснулся.
Пока Кельм приводил себя в порядок в ванной, Ивик налила ему чаю. Отрезала торта. Он быстро поел, сидя рядом с ней. Говорили о чем-то неважном. Ивик пошла к двери - проводить его. Соседка быстро проскользнула в свою комнату, пробормотав "спокойной ночи". Бросила подозрительный взгляд на Кельма.