Ивик проработала несколько вариантов, но ни один ей не нравился, она медлила. И вот наконец все готово, теперь все должно получиться. Она сидела перед монитором и напряженно вглядывалась в добавочное окно.
Александр Шнайдер мило общался с хорошенькой девушкой, которая напропалую кокетничала, посверкивая белыми зубками. У девушки были блестящие черные глаза, скуластое, чуть узкое лицо, глубокий вырез декольте, на который Александр то и дело невольно взглядывал. С Женей он не встречался уже несколько дней. Естественные мужские потребности давали о себе знать. Девушка звонко хохотала, потряхивая гривкой мелированных волос. Она была мила, гиперобщительна и сидела уже совсем близко к нему - случайная знакомая, подсевшая в ресторане, где Александр решил перекусить после сложной деловой встречи.
"Поводок" был не на нем, разумеется, а на этой девушке. Накануне Ивик встречалась с ней и подробно инструктировала. Это была ро-шехина Лэрти иль Тош, агент, специализированный на заданиях такого рода. Ивик долго размышляла, кого из подопечных лучше соблазнить, и пришла к выводу, что с Александром это будет куда проще. Можно подослать и агента мужского пола , но вот Женя-то, при всех ее теперешних страданиях, искренне верит, что любит Александра, и вряд ли станет ему изменять.
Впрочем, до физической измены дело дойти не должно. Это и совершенно не нужно.
Александр уже надевал на Лэрти - она представилась ему Леной - песцовую шубку. Впечатление относительного достатка важно. Ивик уже воздействовала на менеджера письменным внушением - "для Жени ты всего лишь спонсор, но есть девушки, которые могут любить тебя и просто так". Лена по легенде была дочерью мелкого бизнесмена, девушкой того же финансового круга, что и Александр. Сделав лицо менеджера покрупнее, Ивик удовлетворенно кивнула - у Лэрти все получалось отлично, мужчина уже был почти готов, увлечен, даже потрясен.
Ивик сдвинула микрофон и сказала.
-- Гроза, я Птица, как слышно?
Лэрти дважды кашлянула, подавая тем самым условный сигнал.
-- Гроза, объект сейчас на Птичьем рынке, выйдет минут через десять, пойдет по улице...
В наушниках снова раздался легкий кашель - Лэрти поняла задачу. Ивик улыбнулась. На экране Лена жаловалась ухажеру на небольшую простуду. Александр распахнул перед девушкой дверцу машины (вы не подвезете? Мой "Рено" сейчас в ремонте, а папа...)
Ивик перевела взгляд на окно Жени. Девушка бродила по рынку, собственно говоря, она собиралась посмотреть какие-то витамины для кошки - кошка слишком долго линяла, да заодно и корм. Но витамины пока не были куплены, а Женя увлеклась разглядыванием смешных, пушистых котят и щенят, морозостойких птичек в клетках, аквариумов и банок с экзотическими рыбками. На миг Ивик стало жаль девушку. Очень жаль. Сейчас ей будет больно. Причем, кольнула совесть, это ведь ложь - это не настоящая измена Александра.
Глупости, сказала себе Ивик, старательно вспоминая, что Александр обманом лишил собственного ребенка алиментов и пытался отсудить часть квартиры, которая изначально принадлежала бывшей жене. Женька ничего об этом не знала, разумеется, ей представляли версию стервы-жены, выгнавшей такого порядочного и доброго человека. Ивик как на ладони видела впереди их будущую жизнь... Нет, в той жизни боли предстоит куда больше.
И все-таки - очень тяжело.
Женя вышла из ворот рынка, пузырек витаминов в кармане, пачка корма в пакете, искусственная дешевая шубка разлетается на ходу, как королевская мантия. Какая она хорошенькая все-таки, в сотый раз подумала Ивик. Ей бы такого мужа, как придуманный герой Даррен. Почему здесь таких почти нет? Вернее, может, и есть - но Женька с ними никогда не встретится.
Ивик почти физически ощущала, как снег поскрипывает под ногами Женьки. Скрип-скрип, и бензиновая вонь, и кирпичные стены хрущевок, и сказочное королевство в глазах. Запаркованные на обочине машины, жигули, иномарки, Женькин взгляд скользил по ним безразлично, Ивик на мгновение испугалась, что и операция сорвется. Женька ведь почти не замечает ничего вокруг. Как иначе она выжила бы в этом мире? Только построив вокруг себя прочные виртуальные стены фантазии, щит, как в Медиане, надежно прикрывший ее от отчаяния и боли. Скрип-скрип под ногами, маленькая собачка навстречу на поводке, навороченный "джип", большой сугроб, а дальше - хорошо знакомая лаково блестящая красная "Опель-корса". Ивик видела, как удивленно и радостно расширились глаза Женьки. Вот она вполоборота, чуть приоткрыв рот, шаг к машине - и вдруг удар, и глаза потемнели. Женька застыла беспомощно, лишь пакет с кормом покачивался в руке. Обрушилось небо. Ивик ощутила эту боль почти физически. Она знала, что это пустяки, что это к лучшему, что это не невесть какая трагедия - но ей хотелось закричать и треснуть по монитору кулаком. Ей хотелось заплакать.