Я взяла мужа под руку. Любопытных взглядов стало ещё больше.
Бьёрн шепнул мне тихо на ухо, пока мы пересекали площадь:
- Что, и тут уже начались разрушения?
Об этом я как-то сразу не подумала. Что «и тут».
Я отвела глаза.
Вот и ещё одна причина поскорее покинуть Гримгост! Не хочу, чтоб из-за моего проклятия дворец сложился как карточный домик, подобно моей старой избушке в Долине.
Королева была права. Я и впрямь не говорила ей всей правды. Может, у меня самой магии и нету… но странные магические события окружают меня. Может, Вёльва сможет разобраться? Я поняла, что жду встречи с прорицательницей с немалым трепетом.
Стража следовала за нами до самой башни Асвиндов. Мы с Бьёрном рассудили, что в отсутствие других приказов королевы, мы имеем полное право вернуться под гостеприимную крышу Белого волка. Солдаты шли по пятам, но не приближаясь. Смотрели из-под шлемов настороженно, я буквально спиной чувствовала напряжённые взгляды.
У самого входа в башню Бьёрн вдруг остановился и резко развернулся.
Солдаты крепче сжали древки копий. Тот, что был ближе к нам, совсем молодой, побледнел, так что на его почти прозрачной коже резче обозначились веснушки.
Бьёрн смерил каждого внимательным взглядом и проговорил тихо:
– Расслабьтесь, ребята! Я вас не трону. Если будете вести себя с умом… и свой пост займёте у ворот башни. Внутрь соваться не обязательно. Я всё равно никуда не денусь. Вы слышали королеву, и она права. Я не хочу, чтобы ваша чокнутая правительница причинила вред… - он осёкся, и мне показалось на мгновение, что скажет своё привычное «Псине». – Белому волку, - с уважением произнёс Бьёрн.
Стражи переглянулись.
Веснушчатый, набравшись храбрости, выпалил:
- Под предводительством господина Фенрира мы ходили в горы к йотунам! Генерал сам не ел, а отдавал нам последний кусок, когда мы голодали. В одиночку сдерживал троих йотунов, чтоб могли отступить остатки войск в битве при Трёхглавой скале! Благодаря ему я смог вернуться к матери! Я… у неё единственный сын. – Парень переглянулся с остальными и добавил. – Раз наш генерал доверяет вам, то мы тоже.
Бьёрн прищурился. Ещё один солдат, старше, лицо которого наискосок пересекал безобразный шрам, добавил совсем тихо, и в голосе его была горечь:
- Если бы не приказ Её величества, мы никогда бы не подняли оружие на того, кто заменял нам отца.
Бьёрн помолчал минуту, а потом спросил:
- Как тебя зовут, солдат?
Тот вытянулся в струнку и назвался:
- Витольд! – а потом, поколебавшись, добавил: - Ваша милость.
Бьёрн приподнял тёмную бровь и внимательно посмотрел на стража:
- А ты уверен, Витольд… что вам нужна королева, которая такой чёрной неблагодарностью воздаёт по заслугам своим верным вассалам?
Я подивилась обескураженным лицам стражников. А ещё больше – тому, что Бьёрн вообще такое сказал. Он что тут, дворцовый переворот затеял?!
Но нет, кажется, ему хотелось только посеять зерно сомнения. Поэтому развивать мысль дальше он не стал.
- Подумайте об этом на досуге, - проговорил мой муж, а потом взял меня за руку и решительно потянул в сторону башни Асвиндов.
Проход во льдах призывно распахнулся сам, словно нас там ждали.
Стражники послушно остались снаружи и за нами не пошли. До меня доносились отголоски их тихой беседы. Судя по всему, им будет что обсудить этой ночью – столько впечатлений принёс визит таарнца в Гримгост. Интересно, какие всходы даст посеянное Бьёрном зерно?
А в башне нас и правда ждали.
Ледяная завеса сомкнулась за нашими спинами, отсекая дневной свет, который едва просачивался сквозь неимоверной толщины голубоватые валуны, из которых сложена была родовая твердыня Асвиндов.
Фенрир устало поднялся со ступенек прозрачной лестницы, едва завидя нас. Фигура в белом обозначилась в полумраке массивной глыбой. Волчьи глаза горели фосфоресцирующим пламенем и слегка меня пугали. От Волка исходило ощущение готовности к бою. Не с нами, и то хорошо.
- Я уж думал, больше вас не увижу.
- Как видишь, мы вырвались из цепких лап этой вампирихи, - сдержанно ответил Бьёрн. – Но в целом ситуация так себе.
- Что сказала старуха? Отпускает?
- Не сказала ни да, ни нет. Тянет время. Хочет для начала убедиться, что у Фиолин нет магии. Возможно, тогда отпустит.
Фенрир нахмурился.
- В случае с этой старой ведьмой, «возможно» - крайне ненадёжная основа для надежды.