- Хм… дай-ка подумать… Признаться, асы редко добредали до Авалона. Что мне известно о Чокнутом чародее… он древний, как дерьмо йотуна! Говорят, нет ничего, чего бы он не знал. Но в результате узнал за свою бесконечную жизнь так много, что совершенно разочаровался и в людях, и в великанах, и во всех других так называемых «разумных» расах. Специально забрался в горы подальше, где только звери и птицы. Ходят слухи, он считает последнюю лягушку намного более разумным существом, чем человек.
- Бывают ситуации, когда я не могу не согласиться, - улыбнулся Бьёрн. Я поудобнее улеглась у него на груди и счастливо вздохнула.
Фенрир бросил на Бьёрна обеспокоенный взгляд снизу вверх.
- Не завидую тебе, дружище, если хочешь чего-то добиться от старикана. Или хотя бы найти. Видимо, это важное дело, раз заставило тебя лезть так далеко в эту глушь.
- Дело жизни и смерти, - очень серьёзно ответил Бьёрн, глядя ему прямо в глаза.
Фенрир встретил этот взгляд и помолчал пару мгновений.
- Ну, значит, идём дальше. Какие могут быть рассуждения! Я эти йотунские катакомбы знаю наизусть, глаза б мои никогда их не видели. Пройдём вперёд кратчайшим путём. Чтоб добраться до Авалона, и правда лучше переть напрямик. Если к Белогорью пытаться подойти кружными дорогами, то придётся продираться через ядовитые болота, а идти будете долгие месяцы. Учитывая, что пропитание там добыть совершенно негде, а вода ядовита, то с собой надо тащить столько… - Фенрир покачал головой. – Ни один человек не унесёт. Чокнутый чародей знал, куда прятаться от любопытных. Нет, будем искать перевал через Вечные горы!
- Как я и рассчитывал, отправляясь в путь, - вздохнул Бьёрн. – Только не планировал подвергать опасности кого-то ещё.
- А! Проехали, - беззаботно махнул рукой Фенрир и снова ушёл вперёд, где его ждала обеспокоенная Фрейя.
Какое-то время мы с Бьёрном ехали молча.
Вечерело. Я уже почти успела задремать…
Как Бьёрн вдруг склонился ближе ко мне и горячо выдохнул в ухо:
- Итак. Вернёмся к твоим чулкам.
Сон с меня немедленно слетел. Я неловко заёрзала в седле. Уже пожалела о том, что рассказала мужу. Оказывается, желание без возможности его утолить – страшная вещь.
- Чулки как чулки. Какая разница. Мы ещё долго не попадём под крышу…
Бьёрн бросил отрывистую команду, и Клык резко встал.
- Так, народ! Объявляю привал. Пока разместитесь там, а мы с женой… пойдём, побеседуем с глазу на глаз. Дорогая, в округе же не чувствуется йотунов? – невинным тоном прибавил он.
Я прислушалась к ощущениям и признала, что нет. Что задумал этот сумасшедший?!
Но времени на раздумья больше не оставалось – Бьёрн уже спрыгнул на землю и стягивал меня с седла с самым целеустремлённым видом.
- Я бы тоже хотела кое-что обсудить! – с решительным видом встряла Фрейя.
Фенрир схватил сестру за руку и не пустил.
- Оставь их. Вот выдам тебя замуж, тогда узнаешь, какие такие срочные разговоры могут быть у мужа с женой, - ворчливо проговорил он, провожая нас с Бьёрном одобрительным взглядом.
Девушка густо покраснела и плюхнулась на камни рядом с братом. Клык бросился ластиться к ней, чтобы утешить. Это последнее, что я увидела, потому что очень скоро наши друзья скрылись за выступом скалы.
Бьёрн очень быстро тянул меня за руку назад. В ту сторону, откуда мы пришли. Я молча следовала за ним несколько долгих минут, кусая губы и не решаясь спрашивать. Пока он наконец-то не остановился. Огляделся внимательно по сторонам, и ухватив меня в охапку, затащил в одно из узких боковых ущелий.
Прижал к стене и впился жадным поцелуем в губы.
Трещина в скале была погружена в такие густые тени, что я почти ничего не видела. Высоко над нашими головами клубился туман, полностью закрывая небо. Когда Бьёрн растворился в невидимости, охваченный огнём своих эмоций, разницы почти не было заметно.
Но я очень, очень ярко всё ощущала.
- О чём ты… хотел проговорить? - прошептала я, задыхаясь. Выгибаясь навстречу голодным рукам, кусая себя за руку, чтоб подавить стон. Здесь, в горах, эхо слишком далеко разносило звуки.
- Есть единственная тема, которая волнует меня прямо сейчас, - выдохнул Бьёрн мне в шею. – Твои чулки, разумеется…
Я сжала ладонями невидимые плечи, когда подол моего платья был бесцеремонно задран, и горячая рука провела по внутренней поверхности бедра.
Восхищённый выдох.
- Ради такого зрелища стоило не сдохнуть. Жаль, что так мало света. Я бы хотел разглядеть. Что ж. Придётся наощупь.
Твёрдая ладонь двинулась выше, и я откинулась головой на камень, больно ударившись. Закусила губу.