Правда, в нём оставалось ещё слишком много пустых пятен. Я надеялась, что моё пребывание в Гримгосте это исправит.
Ещё больше я надеялась, что пребывание это не будет слишком продолжительным. Что делать, если бабка не отпустит… пока о таком было страшно даже подумать. Вряд ли из этого города-крепости, напичканного магами и вооружёнными воинами, можно сбежать так просто.
Через всю главную площадь за нами чеканили шаг четверо стражей в полном доспехе с длинными копьями на плечах, словно лишний раз напоминая об этом. Остроконечные шлемы сверкали, закрывая половину лица. Так, что я не могла воспринимать их, как живых людей, с которыми хотелось бы познакомиться – только как о слепых и послушных орудиях моей бабки-королевы. Которые, в отличие от Фенрира, любой приказ выполнят слепо и не рассуждая.
Мы пересекли площадь по диагонали, потом свернули на широкую улицу, которая уводила куда-то в сторону, в ту часть города, которую я ещё не видела. Улица поднималась в гору, всё выше и выше…
И по мере того, как мы забирались туда, где казалось, живут только облака, я вновь различала впереди размытые дымкой крепостные стены… и башню, горделиво взмывающую ввысь на углу этих стен.
Она была четырёхугольного сечения, массивная, прозрачно-голубая, как и все постройки здесь, оканчивалась остроконечной крышей из синего льда. Тут и там – крохотные окошки-бойницы. Вершина башни утопала в тумане – том самом, в который превращаются, верно, уставшие облака, спускаясь на ладони к людям из небесной выси.
- Это… ваш дом? – догадалась я, по мере того, как башня всё отчётливей вырисовывалась и становилось ясно, что она и есть цель нашего пути.
- Да. Родовая башня рода Асвинд. Последними представителями которого мы с Фрейей и являемся, - скупо подтвердил Фенрир. А потом впервые бросил не меня потеплевший взгляд. – И к чему церемонии, принцесса? Давно пора на «ты».
Я сбилась с шага от того, как он меня назвал.
Принцесса…
Это звучало странно и невозможно для такой, как я.
Принцессы бывают только в сказках.
Принцесса Фиолин… представляю, как смеялись бы в Долине Каррас, если бы это услышали.
Вот только я больше не в Долине. В книге моей жизни перевёрнута новая страница. Что будет написано на ней? И кто – автор, который будет заполнять эти строки? Неужели моя бабка? И другие, еще неизвестные мне люди, вроде той прорицательницы, с которыми я даже пока не знакома.
Я решила, что сделаю всё, что смогу, чтобы это была я и только я.
Всё самое лучшее в моей жизни случалось, только когда я брала это перо в свои руки. Когда решалась пойти против судьбы и сделать то, чего хочу на самом деле. Как в тот вечер, когда я надела на руку Бьёрну обручальный браслет.
Если я хочу вернуться к нему, я должна как можно больше узнать о Гримгосте и жизни здесь.
- О, наконец-то глазёнки заблестели! – ворчливо проговорил Фенрир. – Что-то хочешь спросить?
Я оглянулась на сопровождавшую нас стражу, которая больше напоминала мне конвой в тюрьме, и решила спросить для начала что-то не очень опасное. То, что на моём месте мог бы любой, кто впервые попал в город. Тем более, что один вопрос интересовал меня особенно.
- В Гримгосте так красиво! Мне не терпится увидеть башню изнутри. Они есть по всему периметру крепостных стен?
- Да, - кивнул Волк. – Часть древней системы защиты города. Выстроены нашими предками в незапамятные времена. Разумеется, не своими руками. Они только проектировали.
- А кто же строил? – удивилась я.
- Ваны. Наши рабы и слуги. Поговаривают, первые короли даже йотунов использовали на чёрных работах, требовавших мускульной силы.
- Не в первый раз слышу это слово… «ваны». Кто это? – насторожилась я.
- Как-нибудь потом расскажу, - уклончиво ответил Фенрир, послав мне предостерегающий взгляд. Я поняла, что таких тем лучше не касаться, и снова вернулась к более безопасной. Архитектуре.
- Сколько же всего здесь башен?
- Тринадцать, - вмешалась Фрейя. Она догнала нас и пошла по правую руку от брата, тогда как я ступала по левую. Видно, ей наскучило плестись позади, и она решила присоединиться к беседе. - По числу наиболее древних и знатных родов, представители которых основали город.
Она вздёрнула подбородок и смотрела на башню с такой любовью, что я понимала без слов, как она гордится своими предками и тем, к какому роду принадлежит.
Мне было незнакомо такое чувство. Я всю жизнь ощущала себя сиротой без рода и племени. Наверное, приятное чувство.