***
В арбе, как на грех, не было ничего, хоть отдалённо напоминающего окна. Один из мужчин в белом сейчас сидел спереди и управлял повозкой. Ещё двое примостились на крыше. Мы трое сидели внутри на многочисленных тюках. Я пытался смириться с невозможностью посмотреть на дорогу, но в целом был вполне доволен жизнью. Мой чернокожий спутник выглядел растерянным, хоть и старался это скрыть.
- Ну, как тя звать-величать? - начал он.
- Басир.
- Саша. - мы пожали руки.
Довольно необычное имя. Из какого оно языка, хотел бы я знать? Парень снял куфию и пальцами взъерошил объёмный куст иссиня-чёрных кудряшек на своей голове.
- Пушкин? - насмешливо спросила женщина. Мы переглянулись: кто бы ни носил эту фамилию, мой новый знакомый вполне обходился вообще без фамилии.
- Спичкой кличут. - парировал он. А затем щёлкнул пальцами, и на его большом пальце загорелся огонёк.
То есть ещё и так можно? Интересно, как он пользовался своим даром? Не очень-то годится для воровства.
- Так, ладно, мальчики, познакомились, покрасовались - теперь слушайте внимательно.
Женщина сняла верхнюю часть паранджи, обнажив голову. Её лицо оказалось совершенно не восточным - скорее европейским. Кожа была такой же молочно-белой, как и одежда, на плечи падали ухоженные серебристые волосы. Брови и ресницы, тоже серебристые, были почти невидны на этом фоне, и тем сильнее было впечатление от её бледно-розовых глаз. Так же сильно из-за этого на её левой щеке выделялась бледно-розовая длинная черта.