Глава двенадцатая: Пауки в банке
Старик ухмыльнулся в свою косматую седую бороду и покачал головой.
- Молодой человек. - сказал он с искренней теплотой в голосе, - Когда я был в вашем возрасте, я не позволял себе быть таким категоричным. Что это за однозначные суждения?
- Вот только не надо мне тут щеголять возрастом. Вы не в том положении, чтобы увиливать от ответа.
Аббас ад-Дин ибн-Абдуллах аль-Ахав, Верховный Инквизитор Междуречья и мой непосредственный начальник выглядел спокойным, как сытый лев. Но я по опыту знал: спокоен он не бывает никогда. Никаких почестей пленнику, даже такому дорогому, он не оказал - мы сидели в обычной комнате для допросов: эти двое - друг против друга, я - в отдалении, как свидетель и охранник. Аль-Ахав вообще не привык миндальничать ни с кем, а его непримиримость уже успела стать легендой. Из-за этого наши отношения с братьями-христианами сейчас хуже, чем когда-либо; из-за этого же Ад-Дивания вот уже пять лет остаётся самым спокойным и безопасным местом во всём Междуречье. Инквизиция была здесь всегда, даже до Войны: именно поэтому этот город - единственный, сохранивший своё довоенное имя.
- Я застал двух ваших предшественников, и поверьте, они не позволяли самоуверенности ослепить себя.
Мягкая отеческая улыбка не сходила с губ старика. Я знал, что он проделал долгий путь по пустыне и был довольно грубо схвачен, но его одежды выглядели всё такими же аккуратными, и были такими насыщенно-бирюзовыми, как-будто их только что покрасили.