Ну да, ну да... это проблема всех поселений такого типа. То есть придорожных поселений, основанных на развалинах бензоколонок. Они все похожи, и у каждой над въездом висит табличка "SOC"*, а каждодневная борьба за выживание не располагает к развитию фантазии. Вот и стоят в Иракской Пустоши десятка два поселений под названием "Сок". Говорят, севернее есть ещё несколько поселений под названием "Нок"**, и даже парочка "Лукойлов", но сам я их не видел.
Абдул понизил голос:
- Я даже не буду спрашивать, почему ты ушёл.
В его глазах я увидел сочувствие. Судя по внешности, Абдул был стар. Очень стар - лет тридцать или даже сорок. Человек, многократно объехавший всю Пустошь, и сумевший прожить так долго, наверняка мог похвастать опытом и мудростью. Именно поэтому - именно потому что Абдул был мудр - он не хватался за оружие, едва заслышав запретное слово: маг.
Таких, как я, ненавидят и боятся. До недавнего времени я торчал в Соке, вдалеке от больших событий: я не знал, были ли к тому поводы, каковы причины этой ненависти. Всё, что мне рассказывали о магах, было в лучшем случае сплетнями - в основном это были страшилки. Страшилки, которые селяне рассказывают вечерами, чтобы почувствовать себя лучше. За несколько часов до этого, днём, они до смерти закидали камнями девушку, за то, что она влюбилась в рейдера и хотела с ним сбежать: никто в здравом уме не будет иметь дела с рейдерами, но разбивать человеку голову буквально ни за что? И теперь они обмениваются ужасными историями: про шайтанов, похищающих души/младенцев/деньги (нужное подчеркнуть), про инквизиторов, сжигающих любого, кто косо посмотрит, и конечно про магов, наводящих чуму и лучевуху. И это заставляет их думать, что убийство женщины - чуть ли не милосердие.
И самое ужасное: по большей части все эти истории - правда.
Как бы то ни было, мне кажется, я знаю, откуда всё это идёт. Если коротко: полтора-два века назад, когда мир ещё был в порядке, люди и маги крепко повздорили - меж собой и друг с другом. Люди сбросили Бомбы (пёс его знает, что это: кого бы я ни спрашивал, это были просто "Бомбы"), маги ответили взаимностью и наколдовали что-то настолько же мощное (версии разных рассказчиков серьёзно отличались: от наведения чумы по всему миру - и до призыва огромных булыжников прямо с неба). Некоторые из тех, кто успел спрятаться, выжили - и теперь продолжают свою грызню. Как-то так.
Не знаю, что мы потеряли. Говорят, у нас тут и до Войны-то было не очень.
В любом случае: магов боятся и ненавидят. Поэтому до недавнего времени я соблюдал крайнюю осторожность, развивая свои врождённые способности. Но однажды вечером я не сдержался...
- Мне только интересно, где ты прокололся. - Абдул продолжать говорить тихо.
- Гопота. Обычно мне удавалось избежать встречи с ними. Но однажды меня прижали. Я пригрозил их главарю, что его голова окажется там, где солнце не светит.
- Не помогло?
- Не помогло... - вздохнул я.
Пауза.
- И?
- Ну... я телепортировал его голову в его же задницу.
Даже верблюды вздрогнули: до того громко расхохотался Абдул.
- Что такое, муж?
- О-о-ой, не могу-у-у... а? А, да ничего, Зуль, просто неприличный анекдот.
Мне, впрочем, было не до смеха. Селяне не хотели иметь ничего общего с Инквизицией. Так что меня просто вышвырнули. Без оружия и припасов шансов у меня не было: я только знал, что маги в основном селятся в Уруке - поэтому направился туда. Пан или пропал.
- Уф... хих... извини, парень.
- Куда мы едем, кстати?
Надо было менять тему.
- А. В Сапфир. Небось, никогда не видел столько воды в одном месте, а?
Мои глаза действительно округлились от удивления. Ничего странного, конечно: торговый караван идёт в крупный город. Но город Сапфир - один из центров цивилизации в Иракской Пустоши: дело в том, что этот город построен на развалинах Эль-Хидра, то есть на берегах Ефрата. Есть только один город, способный соперничать с Сапфиром: Агат (в прошлом - Эс-Самава), тоже стоящий на Ефрате. Я слышал много историй о городе: все они в красках описывали богатство города, и то, что жизнь там кипит не только ночью, но даже днём. А ещё рассказывали о невероятном уровне защиты Сапфира: драгоценный камень Иракской Пустоши был обрамлён камнем, бетоном, кирпичом, колючей проволокой, жестью и кое-где даже настоящей сталью. Логично: город на самой реке - лакомый кусочек.
В Пустоши можно было найти много мест для поселения: несколько оазисов, развалины городов (а особенно - складов), метро (сеть рукотворных пещер под городами - до Войны люди путешествовали по ним на специальных машинах), немногочисленные рабочие оросительные каналы, и конечно - берега Ефрата. И если руины всегда оставались на месте, то оазисы и каналы имели привычку пересыхать и вновь наполняться водой, а берега Ефрата были настолько злачным местом, что там почти всегда шла война. Что творилось на берегах Тигра, никто не знал: он находился далеко на севере, путь к нему преграждало Невидимое Солнце, взошедшее сразу после Войны там, где раньше стоял Багдад. Понятия не имею, что обозначает эта метафора - "Невидимое Солнце" - но факт остаётся фактом: границы этой зоны неустанно охраняют, причём не столько от незваных гостей (никто в здравом уме туда не попрётся), а от того, что лезет оттуда.
Менее удачливые люди основывали селения типа Сока, воду им приходилось закупать у более везучих соседей. Многие таким образом прогорели, но дело того стоило: за безводные территории борьба почти не велась, так что умелый руководитель мог превратить задрипанную бензоколонку в хорошо защищённый рукотворный оазис.
Некоторые выбирали другой путь. От отчаяния ли, природной ли злобы, или просто из жажды острых ощущений они брали оружие, крали верблюда, ампутировали ему средние ноги, сбивались в банды и начинали трахать, грабить и убивать (необязательно в таком порядке) всё, до чего дотянутся.
И только Урук стоял в голой пустыне, отстроенный на очень древних каменных руинах, не привязанный ни к чему. Большинство селений были привязаны к какому-то месту: Урук сам был Местом. Никто не знал, откуда в Уруке берутся вода, еда, одежда, медикаменты, патроны и прочий фураж - все объяснения сводились к разведённым рукам и вздоху: "это магия".
После долгого молчания, Абдул снова обратился ко мне, понизив голос:
- Я так понимаю, тебе надо в Урук. На караваны даже не надейся: в Урук ходить - дураков нету. Если магам что-то нужно, они приходят сами и сами торгуют.
- И как мне тогда добраться из Сапфира в Урук?
- Как я и говорил: маги сами приходят в Сапфир, если им надо поторговать. Возможно, тебе повезёт встретить одного из них. Ну а если ты больше человек действия... можешь попытаться украсть верблюда, только я бы скорее к Невидимому Солнцу попёрся.
Вопрос о пешем переходе даже не поднимался. Иракская Пустошь - не то место, где можно доверять своим ногам. И конечно, без слов было понятно, что одного из своих верблюдов Абдул мне не отдаст: как бы ни помогли ему маги в прошлом, благодарность имеет свои границы, а он и так уже спас мне жизнь.
- Понял. Спасибо, Абдул.
- Ещё кое-что. В городе есть инквизиторы. Будь осторожнее.
Вскоре я увидел, как слева от каравана зарозовело небо. В первых лучах я увидел руины каменных домов и стоящую в отдалении самодельную стену. Караван медленно двигался по разрушенному проспекту, лишь кое-где припорошенному песком: тут частенько прибирались. Впереди нас ждали ворота Сапфира.
_____________________________________________________________________
*SOC - Southern Oil Company.
**Нок - NOC - Northen Oil Company.