Становится вдруг всё равно. Пусть злится. Раз так хочет уйти — скатертью дорожка.
Предыдущие визитёры запиранием калитки моей не утруждались, поэтому Колин и компания дошли преспокойно до самой двери.
Деликатный стук — как я и думала, эти ребята нормальные, опасаться мне нечего… осталось котику это объяснить. Воздух вокруг меня плавится и уже волнами скоро пойдёт, как над костром размером с поляну.
— Войдите! — кричу погромче, и дверь со скрипом распахивается.
— Ива! Сто лет не виделись.
От неприкрытой радости в глазах Колина меня жалит чувство вины. Он как всегда с открытой душой, а ему тут… нож для разделки мяса и хлебный тесак. И этот, самый длинный, которым я тыквы режу.
Два его спутника мнутся на пороге, не решаются пройти в грязной обуви. Я чуть было не разрешаю им снять ботинки и пройти, но вовремя спохватываюсь. Вдруг тем самым подпишу ребятам смертный приговор.
— Привет, Колин! Да, очень давно, — улыбаюсь я. — С чем пожаловали?
Быть с ними «грозной друидихой» как-то не вышло с самого порога, значит нечего и пытаться.
— Извини, что без приглашения! — начинает Колин и вижу, как волнуется. Даром, что здоровенный, как медведь, детина, а на скулах проступает румянец. Такие светловолосые быстро краснеют. Мне кажется ужасно милой эта его черта, но друзья, Рольф и Дан, втихомолку посмеиваются, и мне приходится бросить на них строгий взгляд, после чего они немедленно притворяются, что разглядывают кто пол, а кто — потолок. Неразлучная троица, в детстве ещё вместе везде бегали, и я иногда в этих играх участвовала тоже. Детство быстро кончилось, как и игры. Со смертью родителей.
— Ничего страшного. Брат послал?
— Как ты догадалась? — на лице Колина было написано очевидное облегчение, потому что я поняла сама и сняла с него неприятную обязанность подбирать слова. Все же знали, я терпеть не могу, когда Арн принимается опекать меня, как маленькую. — Велел тебя немедленно проводить домой. Он бы и сам пришёл, но отправился перевалы осматривать.
Если бы я была кошкой, сейчас бы ощетинилась.
Судя по едва слышному рычанию где-то на краю восприятия, кто-то позади меня сделал это натуральным образом.
— Я уже дома! — резко заявила я и вся подобралась. Начинается! Не мытьём, так катаньем. Ну Арн у меня получит в следующий раз!
— Нет, ты не поняла, — Колин даже попятился немного к двери, видимо, что-то эдакое на моём лице всё же отразилось. — Вот прям очень настойчиво просил! Для твоей же безопасности!
— В горах абсолютно безопасно! — отрезала я. По крайней мере, было безопасно до тех пор, пока тут не стали шастать посторонние люди. Люди вечно всё портят.
Ребята переглянулись.
— На случай, если ты заартачишься, велено было остаться у тебя в хижине и охранять.
Металл на кухонном столе затрепетал едва заметно.
Я шагнула было вперёд, чтобы высказать всё, что я думаю о таком предложении… но не смогла и с места сдвинуться. Потому что меня поперёк живота перехватила невидимая лапа. И ни туда, ни сюда.
Как же мне надоели эти властные мужчины с их властными приказами! Интересно, а моё мнение тут вообще будет учитываться хоть когда-нибудь⁈
— Абсолютно исключено! — Заявила я. — Вы это как себе представляете? Посторонние мужчины в доме у незамужней девушки?
На Колина было жалко смотреть, его лицо теперь было цвета варёной свёклы. А лапа на моём животе сжалась покрепче. По крайней мере один в этой комнате отлично представлял, как.
— Ив, не злись! — тихо встрял темноволосый сухощавый Дан, который в их компании всегда был самым рассудительным. — Дело серьёзное. В горах… появился опасный чужак. Маг огромной силы, мы понятия не имеем, на что он способен. С самой ночи ищем, а следы запутаны так, что никак не получается нащупать ниточку. Только их подозрительно много в этих лесах. Мы тебе не должны были рассказывать… ты только не пугайся, хорошо?
— Не буду пугаться, хорошо! — покладисто согласилась я. — Это всё? И всего делов-то? Не вижу причины для паники.
В глазах парней появилось уважение. На кончиках пальцев держащего меня кота появились когти, которые легонько ткнулись мне в живот, вызывая волны мурашек. Кажется, кому-то крайне не нравилось, что его посчитали не страшным и не заслуживающим священного трепета.
Я расправила плечи и гордо откинула голову.
Пустота за спиной зашипела, когда я крайне метко попала… кажется, снова досталось многострадальному носу. Ну а я что, виновата? Нечего было так близко стоять и контролировать.
Лапа, правда, с живота не убралась. Но хотя бы когти втянулись обратно.