— Папочка? — она хмурит брови и видно, что не очень привыкла думать о неприятных вещах. — Он так обижен на меня, что я решила поселиться в таком захолустье!
Я думала, она добавит извинение, и что не имела в виду ничего дурного про наш дом… но она даже и не думала. Что было на уме, то и ляпнула. Она и правда считает Таарн захолустьем.
А в памяти немедленно всплывают другие слова.
«Ты талантливая волшебница. И такой талант преступно зарывать в глуши…»
В них определённо есть что-то общее. Говорят, подобное тянется к подобному. Я отлично могу представить моего кота рядом с такой девушкой, как Зиала. Они бы очень красиво смотрелись.
На меня нападает уныние, стараюсь не поддаваться. Надо сосредоточиться и слушать дальше — там Зиала ещё что-то продолжает болтать…
— Он так меня звал назад, так звал! Видишь ли, после моего ухода, увы, трон ему оставить не на кого, и наследников совсем нет. Тем более, что… Ай!!!
Она вскакивает и начинает отряхивать своё платье, по которому расползается уродливое алое пятно. Видимо, когда эмоционально жестикулировала, опрокинула кружку.
Я подхватываю льняную салфетку со стола, помогаю ей.
Зиала так расстроена, что немедленно чуть не плача просит мужа вернуться домой. Всё-таки, она осталась принцессой до кончиков ногтей! Не терпит ни малейшего несовершенства в своём внешнем облике.
Я решаю, что мне тоже пора.
Ухожу тихо, ни с кем не прощаясь.
И меня никто не провожает.
Обратная дорога кажется такой долгой… я не замечала раньше, как далеко моя хижина от ближайшего поселения. И какими пугающими могут быть молчаливые горы в темноте.
Возвращаюсь в хижину, отворяю тихо дверь… оставляю её незапертой, всего лишь прикрываю. Сбрасываю обувь, прохожу босиком на кухню. Света не зажигаю. Просто забираюсь с ногами на стул, обхватываю колени и сижу так. Без всяких мыслей, пялюсь на круглую луну в окне. В голове пустота. На душе тоже.
Когда едва слышно скрипит дверь за спиной, и я снова ощущаю чужое присутствие, внутри почти ничего не шевелится. Заставляю себя быть бесчувственной и равнодушной куклой. Надо заранее подготовиться к прощанию. Может, тогда будет не так больно.
Один за другим загораются магические огни. Рой зеленоватых искр вспархивает к потолку. Красиво… мне будет не хватать этой магии. Он так и не успел научить.
На стол передо мной увесисто падает моя тетрадь, открытая на пустой странице.
«Она правда счастлива здесь? Зиала»
Нет, бесчувственной куклой быть не получается. У кукол внутри нет сердца, которое ведёт себя по-предательски глупо — то пропускает удар, то начинает колотиться как бешеное. Снова это имя. Снова она…
А ведь я не упоминала ни разу в разговорах, как зовут имперскую принцессу. Он её знает.
По крайней мере, лицо получается держать. Продолжаю сидеть неподвижно, обнимая колени. Мне сейчас все силы нужны, чтоб не разреветься. Почему так горько…
— Значит, врал? Про возлюбленную? Что нету?
«Не говори ерунды», — раздражённо ложатся буквы на бумагу, царапая кончиком пера.
— Тогда почему спрашиваешь? Что тебе за дело до неё?
«Раз спрашиваю, значит нужно».
— Да! Да, она счастлива. Ты же видел её на празднике. Разве такая девушка, как она, осталась бы в Таарне, если бы не хотела? Он любит её, муж. Счастливая она.
Не получается взять эмоции под контроль. Они меня захлёстывают с головой, прорываются обидой и отчаянной завистью в голосе. А он ничего не замечает. Ему всё равно. Он сейчас думает только о Зиале.
«Значит, её не удерживают насильно?»
— С ума сошёл?.. Постой, так ты за этим явился? Узнать о принцессе?
Мурашки по спине. Пялюсь в тетрадь, не мигая. Жду его ответов. Одновременно и хочу, и не хочу видеть, что права.
«Не пытайся, малышка. Я сказал уже, есть вопросы, на которые я не буду отвечать. Но о ней мне узнать тоже важно. Это было слишком странно, когда Зиала не вернулась из поездки, а потом пришла весть, что она вышла замуж за простолюдина. Естественно, возникают сомнения в добровольности. На неё это совершенно не похоже».
Значит — он знает, что на неё похоже, а что нет…. кольнула непрошенной ревностью мысль.
— Таарн меняет людей, — пожала я плечами.
Он больше ничего не отвечает и не спрашивает. Очередной выдранный исписанный листок летит в огонь беззвучно.
Хотела бы я, чтобы его Таарн тоже изменил. Но мечтать не вредно, как говорится. Я тоже молчу. Не хочу ни о чём разговаривать. Молчание между нами повисает сотнями невысказанных слов. Молчание — будто ещё одно действующее лицо в нашей маленькой драме.