Но даже я это чувствую… от него идёт волна силы. И не в фиалке дело, не в запахе.
Он весь пропитался магией нашей земли.
Таарн по-настоящему принял его. Поэтому и барсы наконец-то приняли тоже.
— Так! А теперь за работу, — деловито прерывает наше колдовское молчание брат. — Ива, а давай-ка мы попросим это странное создание послужить на благо общего дела?
— Вообще-то, это мой кот! — подозрительно прищуриваюсь я. — И только я могу его… использовать. Чего надо-то?
— Барсы славятся своим тонким нюхом. Но мне, пожалуй, трудновато будет объяснить своим, чего именно от них хочу. А вот у вас, судя по всему, взаимопонимание на каком-то мистическом уровне.
— Когда ты начинаешь подлизываться, я напрягаюсь ещё больше!
Арн посмотрел на меня теперь уже предельно серьёзно.
— Пусть сходит ворота понюхает.
Мой барс почти по-человечьи закатывает глаза так, что я прямо-таки слышу непроизнесённый страдальческий стон. Мол, и зачем я только с ними связался…
Но послушно идёт. Коты брата расступаются перед ним, и правда как перед вожаком. Даже попытки больше не делают рычать или топорщить загривок.
Зор осторожно тянется мордой к прочной деревянной створке, обитой толстыми металлическими полосами. А потом кончик пушистого хвоста нервно бьёт его по боку… И широкими прыжками барс проносится мимо меня.
Куда-то обратно в дом.
Арн кидается за ним… но, судя по всему, коту было бежать недалеко.
И очень скоро он появляется снова. Вытаскивая в зубах за шиворот бледного как мел парнишку, одного из наших слуг. Светловолосый, совсем молодой. Недавно взяли на работу. Трясётся так от ужаса, будто барс уже отожрал ему пару конечностей. Но судя по брезгливому выражению на морде моего кота, он скорее съест лягушку, чем опустится до чего-то подобного.
«Подарок» приземляется под ноги моему брату.
— П-простите… пощадите… — лепечет юноша. Но кажется, он недооценил силу гнева своего вождя. Потому что из зубов кота его шиворот сразу попадает в кулак брата. Он поднимает его так, что почти отрывает ноги от земли.
— Кто тебе приказал? Или может, сразу тебя скормить нашей домашней кисе? Гляди-ка, ему не терпится пообедать, а то по чьей-то вине голодный весь день.
Подыгрывая спектаклю, Зор во всю пасть зевает, а потом захлопывает её с жутким клацанием гигантских клыков.
Пробирает до костей даже меня.
Парень и вовсе сейчас хлопнется в обморок, кажется.
— Н-не надо!!! Не отдавайте меня ему, я всё скажу, господин!
Арн встряхивает его.
— Лучше покажешь. Идём-ка! Отведёшь нас к своим сообщникам.
Потом поворачивается к барсу.
— Ты со мной, брат?
Мой кот колеблется, серебристый взгляд ловит меня и сжимает в тисках, не пошевелиться.
Арн добавляет:
— Не бойся. Ничего с твоей хозяйкой не случится. Я бы и сам не оставил свою семью без защиты в такой момент. Я установлю временную Завесу вокруг дома. Надо было раньше это сделать. Но я даже не предполагал, что дело примет настолько серьёзный оборот.
Вместо ответа мой кот бесплотной тенью проскальзывает вперёд него в ворота. В глазах — жажда мести.
Наконец-то он удовлетворит эту жажду, с которой пришёл в Таарн. Правда, не совсем так, как планировал изначально.
И я отчётливо вижу в глазах брата такую же. Они чуть не убили его детей.
— Я с вами!
— Нет!!
— Р-р-р-р-р!!!
Оба рявкнули одновременно, и мне пришлось обиженно умолкнуть и смириться.
Ну вот. Ещё один властный мужчина на мою бедную голову.
Этот-то куда! Только что при смерти был!
Но сделать ничего не могу, и приходится подчиниться. Один за другим вслед за новым вожаком уходят и растворяются в темноте гигантские кошки Таарна, вся стая. Кажется, сегодня ночью где-то будет жарко. И голодные коты наконец-то поедят.
Брат велит мне тщательно запереть за ними ворота, а потом закрыться в комнатах и не выходить оттуда.
К рассвету обещает вернуться, но у меня всё равно душа не на месте, конечно же.
Стоя в одиночестве на ночном пронизывающем ветру посреди оглушающе пустого двора, я наблюдаю за тем, как над досками забора вспыхивает волна синего сияния. Истаивающими постепенно языками призрачного пламени устремляется в ночные небеса. Очень красивое, величественное зрелище. Я видела, как это бывает — там, за воротами, мой брат встал на одно колено и воткнул в землю наш фамильный меч Сердце Полуночи, меч, с которым наш отец ходил убивать солдат Империи. И земля Таарна откликнулась на призыв своего вождя. Так же, как недавно откликалась на мой.
Теперь ни одно живое существо не войдет и не выйдет без позволения Арна.