Когда я проходила мимо Павла Олеговича, он схватил меня за локоть, удерживая меня на месте.
— Не ходи с ним, Кира. Тебе лучше избегать его, когда он в таком состоянии. К сожалению, он лишен хороших манер.
Мой муж ворвался обратно в комнату.
— О, да бросьте, — усмехнулся он. — Вы думаете, я правда хотел, чтобы она пошла со мной? Вы думаете, я собираюсь добровольно проводить время с ней? У меня совершенно другие планы!
Какая прелесть!
Он ушел, не сказав больше ни слова.
После неловкого молчания Павел Олегович заговорил:
— Я знаю, что мой поступок всем кажется безумным. Никто в нашей семье меня не поддержал. Но ты должна понять мои мотивы, Кира.
Мне показалось странным, что мой свекор решил объяснить своим мотивы мне, но я просто стояла там и слушала.
— Макс всегда был моим самым ответственным и талантливым сыном, — продолжил он. — И самым упрямым. Ты знаешь, что он сколотил свое собственное состояние еще до того, как ему исполнился двадцать? У него врожденное чутье на хорошие сделки, чего бы они ни касались: инвестиций, недвижимости, чего угодно. Все понимали, что он взлетит слишком высоко. — Он сделал паузу. — А потом он встретил ее.
Я знала, о ком он говорил. Ее имя было красиво вытатуировано на спине моего мужа. Его бывшая невеста. Кристина.
— Ты знаешь, кто она такая? — спросил он.
Мое лицо было таким напряженным, что казалось, оно вот-вот треснет. Я надела маску абсолютного равнодушия. Защитный механизм, которому я научилась в своей профессии. В отличие от моего бурлящего нутра, мой голос был ровным и спокойным, когда я ответила:
— Да.
— Это с самого начала были больные отношения, — продолжил Павел Олегович. — По сей день он не видит дальше своего носа, когда дело касается ее. И самый печальное, что ничего, кроме разорения, из этого никогда не вышло бы. Она использовала его. Я так ему и сказал. Но он не слушал меня, несмотря на все предостережения. Она из очень плохой семьи. Криминальной. И он знал, что я этого не одобрял. Вот почему он сделал ей предложение за моей спиной. Когда я узнал, я предпринял меры. Я сделал кое-что, чем не горжусь.
Он глубоко вздохнул и переглянулся со своей женой.
Я просто слушала.
— Я пошел к Кристине, — продолжил он свою речь. — К ней, а не к нему. Я сказал ей, что, если они поженятся, я лишу его наследства. У него будут только те деньги, которые он заработает сам, и ничего больше. Я сказал, что не дам сыну ни рубля, пока они будут вместе. Узнав это, она не бросила его сразу. Вместо этого она убедила его заняться бизнесом вместе с ее отцом. Мой сын вложил все деньги, думая, что делает ставку на их совместное будущее. — Его изящные руки, сжатые в кулаки, лежали на столе. — Мы до сих пор не знаем, что случилось точно, но все деньги Максима исчезли. Все. Он потерял все. Она из такой семьи. Такой, из-за которой пропадают деньги.
— И люди, — добавила Диана Андреевна с неожиданной горячностью. Ее губы скривились, чего я никогда раньше не видела. — Многие, кто был к ним близок просто пропали. Они ликвидируют всех неугодных.
Павел Олегович просто кивнул и продолжил:
— Через месяц она бросила его и вышла замуж за другого. За миллиардера, конечно. После этого стало ясно, что мой сын движется в бездну. Он никого не слушал, упрямый мальчишка. Даже после того как она вышла замуж за другого, он ничего не предпринял. Когда появилась возможность, я ухватился за нее. Он пронюхал о выгодном предприятии в сфере недвижимости и пришел ко мне за деньгами. Но я бы не дал их ему без условия: женись на ком-нибудь, кроме Кристины. Он мог выбрать кого угодно — его старую девушку, новую девушку... Но он, к моему удивлению, предпочел каталог невест. Я знаю, мои действия кажутся радикальными, но я был в отчаянии. Я чувствовал, что должен вмешаться в его жизнь, чтобы немного встряхнуть его. Все лучше, чем предоставить ему утопить себя в непроходимой депрессии. — Он красноречиво пожал плечами. — Он меня не простит. По правде говоря, я думал, что велика вероятность того, что ваш брак продлится недолго, но мне просто нужно было отвлечь его внимание от этой стервы. Я приношу свои извинения за то, что тебя втянули в это.
— Пожалуйста, не извиняйтесь, — сказала я безжизненным голосом, но тем не менее искренне. — Меня никто никуда не втягивал. Я здесь по собственной воле. Я знала, что было мало шансов на то, что все пройдет гладко.
Мои слова, казалось, успокоили свекра. Он кивнул раз, другой.
— Ты намного лучше, чем мы могли надеяться. Вы двое могли бы очень хорошо подойти друг другу. Я бы хотел, чтобы мой сын смог это понять.
— Я бы тоже этого хотела, — сказала я с абсолютной откровенностью. — И спасибо вам за то, что поделились этой историей. Думаю, теперь я могу немного лучше понять его поведение. Это поможет.
Мы попрощались, и я ушла.
Я была удивлена, столкнувшись со своим мужем у лифта. Я думала, он давно уехал. Он опирался на стену, чтобы не упасть. Я не могла сказать, был ли он настолько пьян, чтобы не стоять на ногах, или просто так разозлился.
— Тебе помочь? — спокойно спросила я его, нажимая кнопку вызова.
Он выпрямился и уставился на меня.
— Продажная шлюха, — выплюнул он.
Подъехал лифт, и я вошла внутрь, глядя прямо перед собой. Меня уже тошнило от его выходок. Его двойных стандартов. Наконец я сорвалась.
— Возможно, я продажная шлюха, — спокойно сказала я. — А ты — избалованный богатый придурок. Твой отец рассказал мне о том, почему тебе были нужны деньги. Ты же понимаешь, что это означает? Ты женился на мне точно по той же причине, по которой я вышла за тебя. Ты лицемер, осуждающий меня за то, что я делаю то же самое, что и ты.
Я приготовилась к его реакции, прежде чем украдкой взглянуть на него.
Он выглядел так, словно я дала ему пощечину. Так и было. Не буквально, конечно, но он явно был в шоке. Я лишила его дара речи.
Глава 24
Кира
Показ коллекции Александра Терехова состоялся следующим вечером. Я нервничала больше обычного.
Это было нечто большее, чем просто показ. Это было шоу эпических масштабов. Съемочная группа следила за каждой моделью, работавшей на мероприятии, от дома до подиума, и даже за кулисами не могли расслабиться и выдохнуть, — даже там были операторы и снимали весь процесс подготовки.
Все девушки бегали от стилистов к визажистам в нижнем белье. Агате было что сказать по этому поводу, но у меня все лучше получалось игнорировать ее.
— Обсуди это со своим начальником, — говорила я ей каждый раз, когда она пыталась меня поучать.
Весь процесс подготовки промелькнул как в тумане. Я прошла через это с невозмутимым внешним спокойствием, подпитываемым моей собственной решимостью оставить след в истории российской моды, а если получится, то и зарубежной.
Это был мой шанс. Я хотела войти в список лучших супермоделей.
У меня никогда не было других талантов, поэтому я хотела стать лучшей в модельном бизнесе, и это шоу стало моим моментом «Сделай или умри».
За кулисами был настоящий сумасшедший дом, больше похожий на вечеринку, чем на что-либо еще. Я заметила известных певцов, актеров, ведущих реалити-шоу и знаменитых блогеров, и все это только в течение первой минуты.
Кто-то вручил мне бокал шампанского, я произнесла тост и притворилась, что пью. Все были очень дружелюбны. Дружелюбнее, чем на любом шоу, в котором я когда-либо участвовала.
Мне не нужно было гадать о причине этого, так как повсюду были камеры.
Один из сотрудников шоу махнул мне рукой и повел к моему подготовительному пункту. Было так многолюдно, что мне пришлось протискиваться между незнакомцами, чтобы пройти за ним.
Какой-то случайный парень (мне показалось, я узнала его — может быть, видела по телевизору) попытался обнять меня за талию, когда я протискивалась мимо него.