— По ошибке, — запинаясь, отвечаю. — Я не знала, что подписываю.
— Теперь будешь знать, — ухмыляется Север. — Так что долга на тебе, крошка, до хера. А значит, у нас вопрос — как будешь его отдавать?
— Но вы же понимаете, что это не я виновата? — возражаю, а у самой голос дрожит. Здесь совсем не холодно, но меня бьет крупная дрожь.
— А кто? Рулила ты? Ты.
— Не я!
— Подпись твоя? Твоя, — невозмутимо продолжает он, будто и не слышит моих слов.
— Пожалуйста, отпустите меня. Я больше не буду. Честное слово, никогда не подойду к причалу!
— У меня есть идея поинтереснее, Алина-Малина, — басит мужчина, снова оценивающе глядя на меня. — Пожалуй, ты…
— Север! Тебе звонят! — в дверях кабинета появляется невысокий конераныстый мужчина футболке и джинсах. Подходит ближе и передает мобильный, а заодно и по мне скользит заинтересованным взглядом. А я ежусь от этого. Еще один ценитель нашелся. Запахиваю куртку посильнее, пытаясь и платье натянуть пониже.
— Что там еще? — недовольно спрашивает Север между тем. — Когда? Да какого черта! Я походу плохо выразился в прошлый раз, да? Ясно. Скоро буду.
Разговор заканчивается, а в воздухе повисает густое напряжение.
— Опять? — спрашивает мужик в футболке.
— Двадцать пять, блядь, — рыкает Север. — Надоели, черти недоношенные. Придется поехать и ввалить всем лично.
Вроде бы он ругается не на меня, но я дышу через раз — столько ярости в голосе мужчины.
— С тобой поехать? — с готовностью спрашивает второй.
Похоже, что этот Север тут самый главный. Впрочем, это было понятно сразу — по его взгляду и манере держаться. Он снова обращает внимание на меня и снова оценивающе рассматривает.
— Нет, Марк, для тебя будет другое задание.
Мужик поворачивается ко мне и тоже сканирует взглядом.
— На аукцион отправить?
— Ч-чего? — испуганно возмущаюсь и делаю пару шагов назад. — Вы что! Это незаконно! И вообще!
Я не успеваю сбежать, как меня резко ловит за руку Марк и удерживает на месте.
— Шустрая какая, — ухмыляется он. — Пацаны любят таких. Так что, к Каретникову? У него давно новых девочек не было.
— Не надо меня… Пожалуйста… Я все отдам, только не надо меня… Я работать умею… Только пожалуйста… Не надо меня никуда!
Мне так страшно. Догадки, о чем идет речь, у меня одна страшнее другой. Начинается уже настоящая истерика.
Марк встряхивает меня за плечи.
— А ну, успокойся! Хорош ныть тут! — рявкает он, пока Север задумчиво смотрит на меня. Выражение его лица крайне мрачное и грозное. Словно я помешала ему и отвлекаю от чего-то важного. О, я бы очень хотела просто уйти и не отсвечивать тут. Но, похоже, такого варианта для меня нет.
— И что же ты умеешь делать, Алина-Малина? — спрашивает в итоге Север, подходя поближе и приподнимая мое лицо за подбородок. — Надеюсь, это что-то очень стоящее. Ведь отрабатывать тебе нужно довольно большую сумму. Давай, удиви меня, девочка.
2 Алина
Север смотрит на меня, и его глаза пугают до чёртиков — кажется, там лишь холод цинизм и равнодушие. Ему совершенно ничего не стоит подписать мне приговор и согласиться на предложение этого роли.
— Я могу устроиться официанткой и отдавать вам свою зарплату, — неуверенно предлагаю. Голос садится, и становится стыдно, что свой страх не удаётся спрятать. — Могу полы мыть здесь. Хотите?
Марк разражается громким обидным смехом.
— Север, ты слышал? Полы мыть нам тут будет, — потешается он, пока его босс продолжает давить на меня своим тяжелым взглядом. — Может, ещё и кашеварить станешь? Пацаны оценят. Заодно и тебя попробуют.
От каждого его слова у меня все быстрее бьется сердце, а в ушах нарастает гул. Неотрывно смотрю на Севера, мысленно молясь, чтобы он оказался не таким отморозком.
Правда тот ничего не говорит, лишь едва заметно поворачивает голову в сторону подчиненного, и тот мгновенно замолкает.
Удивительно, конечно. Впрочем, я бы тоже замолчала. От Севера исходит поистине пугающе дикая энергетика. Я раньше таких мужчин и не встречала.
Сильный. Опасный. С давящим взглядом. Ему даже голос не нужно повышать, чтобы его все слушались.
— Отвезёшь ее в дом, — небрежно роняет он, отходя на шаг. — Головой отвечаешь.
— Что? — удивляется Марк. — Север, но она же…
— Я непонятно выразился? — все тем же равнодушным голосом спрашивает тот.
— Да понял я, понял. И кем ее? Свободных мест-то нет.
— Значит, найди. Вернусь, решу, — бросает напоследок этот хозяин жизни и, пройдя мимо меня, направляется к выходу. Прямо так, в одной рубашке. Словно ему не будет там холодно, хотя ветер-то на улице ледяной.