-Да, благодарю, Дарла. Ты крайне обяжешь меня, ведь я пока не пришла в себя после болезни - решила спрятать свою неловкость за полуправдой Летти. Не стоит мучиться, терзаясь сомнениями. Раз не удается ничего вспомнить - стоит принять ту роль, что избрала для нее судьба. Пусть пока так.
Дарла оказалась очень деятельной и расторопной девицей, тут же перебравшей весь новый гардероб Летти.
-Да, мисс, это платье вам очень идёт. - то и дело охала она, укладывая волосы Летти- оттеняет ( видно было, что Дарла изо всех сил старается поддерживать разговор в той манере, что , как ей кажется, принята в светском обществе. Впрочем, откуда самой Летти это знать).
***
-Когда-то давно, совсем мальчишкой, я любил приходить сюда с братом. Наша няня рассказывала нам сказки, множество сказок. Она умела вплетать народные мотивы в окружающую нас реальность - говорил Стивен, откровенно любуясь Летти, что лежала полубоком на покрывале, уперевшись о локоть, и смотрела на спокойную ровную гладь озера. - Вон тот большой дуб, к примеру,- кивнул он на раскидистое дерево на том берегу- Был огромным великаном, одним из сыновей Лесного духа. Этот великан одеревенел от горя, потеряв любовь всей своей жизни. Однажды гуляя по лесу, он случайно забрел в царство фей. Увидев танец этих легкокрылых созданий у ночного костра, он замер в восхищении. Но когда в центр круга вышла прекрасная золотоволосая дева с царским венцом на голове, беднягу словно громом поразило- так была хороша призрачная плясунья. Чудесное создание было само воплощение красоты и грации. - Стивен невольно улыбнулся- всё это можно было сказать и про Летиции. Он будто её описывал. Даже вот эта будто бы небрежная ее поза- и та была полна изящества - Великан, не помня себя от желания, бросился к костру, ломая ветви деревьев, но каково было его удивление, когда на поляне он увидел лишь оствышие угольки там, где только что был костер. Да призрачный звонкий смех, словно перезвон колокольчиков, изредка доносился отовсюду.
ЬКогда Лесной дух увидел, что сын его опечален, то, вызнав причину, велел подданым позвать старую колдунью, что жила у самой кромки леса. Старуха, что казалась старее самого мироздания, самого времени, тут же явилась пред очами властителя. Услышав, что от неё требуется, она, оскалив гнилые шубы, рассмеялась:
-Фея? Он - она ткнула пальцем в покрасневшего от едва сдерживаемого гнева великана- И фея?!
Но лес тут же задрожал, затрясся, словно невидимое многотысячное войско пробиралось сквозь ветви, ломая все на своем пути. Небо налилось черным, мрачные тучи заволокли его синеву полностью. Ветер закружил, пригибая к земле кроны исполинских деревьев. Упала тогда ведьма на колени, признавая силу властителя леса, взмолилась.
-Железа! Железа боятся дети воздуха! Боль оно причиняет им, едва коснутся. А приманить их можно каменьями, блестящими да яркими, любят они такое. Воды проточной боятся ещё духи эти! Тюрьмой она им служит! - ведьма подняла кверху костлявый палец, ткнув им в великана- Как поймаешь, пленишь, сделай всё, чтобы имя назвала своё - так и обретёшь над ней власть.
Вихрь унес старуху во мгновение ока, будто и не она только валялась ниц перед могуществом Лесного духа.
Поклонился отцу великан, благодаря за помощь, и пошел готовиться. Выждав ночь, когда граница меж миром людей и миром духом призрачной станет, он вновь пришел к поляне, жадно всматриваясь в темноту