-Сегодня ты точно получишь дюжину предложений, милая! Ты просто поразительно красива. Просто поразительно!
-И столько же предложений отвергнет. - в дверь вошёл отец Летиции, Томас Сильверстоун. Большой грузный мужчина, политик с характером и стержнем, имевший лишь одну слабость. Летицию. Отец, нежно любящий свою доь . После смерти жены всю заботу и внимание, всю любовь он отдал дочери. И, как сам понимал, этим донельзя избаловал свою " малышку Летти", но по-другому уже жить не мог- казалось, он жизнь отдаст за сияющие от счастья глаза дочери. Глаза, так похожие на глаза его любимой жены, женщины, оставившей нму прощальный подарок, малышку Летти.
-Ах, папа,- Летти спрыгнула с табуретки, подбежав к отцу, сопровождаемая недовольным взглядом модистки- ты же знаешь, что я хочу найти свою любовь. Такую, как была у вас с мамой.
Она порывисто обняла Томаса, который погрузился в воспоминания о своей милой Дженет. Видела бы она сейчас, как выросла их малышка. Она бы гордилась ею, несомненно, гордилась. Все же, хоть Летиция импульсивная и взбалмошная, не чета девицам, что похожи на высушенных бледных рыб, но в её груди бьётся доброе сердце. И сэр Томас понимал, что брак без любви действительно станет для дочери той самой клеткой, где такая яркая маленькая птичка как она зачахнет.
Мод деликатно кашлянула, напоминая, что времени до приема все меньше. Отец кивнул. Поцеловал Летицию в лоб и вышел из комнаты, оставив дочь на попечение женщин.
Спустя час приехали гости. И вот уже Летти спускалась в новом платье по главной лестнице Сильверстон-хауз. Она специально не стала встречать гостей у входа, дождавшись, пока все соберутся в зале. Томас, привыкший к причудам дочери, беспрекословно передоверил Мод роль хозяйки вечера. И девушка угадала с триумфальным появлением. Все взгляды сразу обратились в ее сторону, по толпе пронесся вздох восхищения. Да, Летиция давно знала силу своей красоты, была уверена в себе, ведь она больше не та девочка, что в слезах выбежала из сада ( надо же, столько лет прошло, а услужливая память изредка вновь возвращает ее в тот день).
Но тут подошедший кавалер вернул ее в реальность- зазвучала музыка, и Летти приняла приглашение на танец. Следующий час Летти только и делала, что танцевала, общалась, смеялась и пила вкуснейшие холодные напитки, и даже пару бокалов игристого шампанского. Зазвучал вальс. Летти наперебой стали приглашать- бальные карты на приемах не велись, и Летти запуталась, с кем она уже танцевала, а чье предложение следовало принять, чтобы и далее выглядеть радушной хозяйкой приема. Раньше вальс считался недопустимым танцем для молодых леди, но американцы и другие гости столицы, смогли противостоять излишней чопорности англичан, будто заразили их своей необузданностью темперамента. И теперь вальс считался даже чем-то скучным, танцем, что пристало танцевать старым кумушкам, а не юным девицам.
Растолкав почти всех кавалеров к Летти подошёл Эмброуз Джонсон, сын баронета из Девоншира. Эмброуз не делал ей предложение, но Летти знала- это лишь потому, что парень несколько умнее остальных. Эмброуз понимал, что она сразу же откажет, а поэтому предпочитал не терять общение с девушкой. Летти любила Эмброуза за лёгкий и весёлый нрав.
-Мадам, позвольте спасти вас от стаи волков, пожертвовав собою- выберите меня своим сегодняшним спутником, который будет понимать, что служит лишь ширмой. - Эмброуз, на старинный манер галантно расшаркавшись, преподнес Летти бокал шампанского.
Девушка, смеясь, взяла бокал. Она уже действительно немного устала, и появление Эмброуза было словно глоток свежего воздуха. Кстати, именно на свежий воздух он и предложил выйти. Вполне своевременно - хоть все окна в зале были открыты, но свечи неумолимо выжигали кислород.
Летти, держа Эмброуза под руку, шла по небольшой дорожке в саду:
-Спасибо вам, Эмброуз. Вы всегда знаете, как угодить девушке, я ....я- внезапно Летти почувствовала сильную слабость внутри, она взглянула на юношу, желая увидеть, не ощущает ли он того же. Но Эмброуз был спокоен, даже слишком. Он увлечённо продолжал шутливый монолог о своей роли спасителя невинных. Летиция же почувствовала усиливающееся головокружение- земля закружилась перед глазами, и Летти, тихо ойкнув, пышным облачком зелёного шелка осела на землю, потеряв сознание. Тогда Эмброуз, нисколько не шокированный произошедшим, мигом подхватил девушку на руки, поспешив с ней к ограде. Там он быстро передал ее здоровому детине, велев тоиу действовать по плану. Детина, хмыкнув, погрузил девушку в экипаж, затем залез сам, велев сообщнику на облучке трогаться.