— Я сдержал своё слово, — наконец, не поворачиваясь, произнёс он. — Твои подданные все до единого приняли лекарство. Мои лекари следят за тем, как идёт выздоровление. За вчерашний день никто из твоих людей не умер.
До меня не сразу дошёл смысл его слов.
Лекарство. Сдержал слово. За вчерашний день никто не умер…
Несколько глубоких вдохов, и… Во мне будто лопнула струна. Я закрыла лицо руками. Я осознавала сказанное императором, и внутри разлеталась вдребезги плотина, удерживающая мутные потоки давно сдерживаемых эмоций.
Неужели! Боясь поверить… Всё же понимая, что это правда… Пытаясь сдержать прорывающиеся всхлипы, я зажала себе ладонью рот.
Глаза наполнились слезами. Я пыталась, я изо всех сил пыталась остановить эти постыдные слёзы, но, видимо, я слишком долго пыталась быть сильной. Слишком долго держала всё в себе.
Многолетнее напряжение, бессонные ночи в лечебницах, все эти смерти, горе потерявших близких, безуспешные поиски лекарства, войска императора под стенами, Лучано…
Рыдание всё же прорвалось, и я обхватила свои согнутые ноги, упёрлась лбом в колени, плотнее закутываясь в плащ. Прижимая ладонь ко рту, я глубоко дышала, безуспешно стараясь успокоиться.
Я почувствовала прикосновение к плечу, отпрянула, но меня схватили и подняли могучие руки. Прежде чем я успела опомниться, я снова сидела на коленях императора, без малейшего шанса уклониться, вырваться или убежать.
— Плачь, Рина, — сказал он.
Сквозь рыдания у меня вырвался смешок. Правила просты? Он говорит, я делаю? Плакать по приказу!.. Мой горький смех смешался с рыданиями, слёзы хлынули неудержимым потоком.
Он сказал, и я сделала. Я громко разрыдалась по приказу императора в руках убийцы моего возлюбленного, ненавистного врага, того самого, кто спас тысячи жизней в моём несчастном, завоёванном, навсегда покинутом мною королевстве.
Не знаю, сколько времени прошло, как долго я рыдала.
Вдруг, в какой-то момент я поняла, что успокоилась.
Это произошло мгновенно, как по щелчку. Как будто была темнота, и я вдруг проснулась.
Я стремительно приходила в себя. И я не помнила, что происходило со мной всё время между тем, как я поддалась эмоциями и тем моментом, в котором я находилась сейчас.
Осознание себя, своего тела обрушилось на меня.
Плащ уже не прикрывал мои плечи, оставался обёрнутым только вокруг талии и ног. Император одной рукой удерживал меня за бёдра, а другой поглаживал по обнажённой спине, укрытой только моими длинными волосами.
Его прикосновения были томительно-приятны и пробуждали странное, незнакомое чувство. Мне было очень хорошо сидеть вот так, впитывая тепло его огромного мощного тела. Я не хотела, чтобы это прекращалось.
Что произошло? Будто какое-то помутнение.
Я и сама прижималась к императору, вцепившись пальцами в его расшитый камзол. Чувствуя, как лицо заливает краска, я посмотрела на свои пальцы: они светились алым светом.
Прикрывая руками голую грудь, я медленно отстранилась. Опустила глаза: не только пальцы, но и руки, всё тело испускало ярко-красное свечение.
Точно такое же свечение было, когда ко мне в комнату пробрался Лучано, попытался склонить меня к близости и забрать мою невинность вместе с моим магическим даром!
В тот момент я была настолько испугана…
Если вдуматься, тогда случилось похожее. Я помнила жадные поцелуи Лучано, его горячий шёпот, сильные руки, срывающие с меня одежду… Потом темнота. Когда очнулась, то смотрела на свои светящиеся алым руки и на бледного Лучано, отползающего к двери.
Он вылетел из комнаты, не говоря ни слова, а я потом долго пыталась понять, что могло так сильно испугать верховного мага.
А сейчас? Всё было также. Моё тело светилось алым, почему император не боится? И даже не отстранился — держит крепко.
— Посмотри на меня, — тихим бархатистым голосом сказал он.
Глава 5. Катарина. Просьба
Почему сейчас, когда моё тело светится алым, я хочу его слушать? Почему от его тихого властного голоса мне хочется делать всё, что он говорит?