— Он прекрасный ученик, — с самодовольной улыбкой сказал принц.
Ему сейчас было явно не до отца, и Эшер решил немного проучить его.
— Это потому, что шталмейстер Мэтт отличный наставник.
Все весело рассмеялись, поняв, что Эшер осадил принца. Однако в его добродушной шутке не было ничего обидного для Гара.
— Вот так-то, Гар! — смеясь, воскликнула Дана. — Ты здесь ни при чем, не надо набиваться в учителя! Это будет для тебя хорошим уроком.
Гар с усмешкой отвесил своему помощнику поклон.
— Спасибо за науку.
Эшер поклонился в ответ.
— Одной благодарностью не отделаетесь, ваше высочество. С вас сто тринов.
Придворные снова расхохотались, а Гар застонал.
— Вот пройдоха! Зачем только я связался с тобой? Ну, хорошо, я тебе заплачу.
— Отлично, ваше высочество!
— Это было захватывающее соревнование, — промолвила Дана, держа руки Эшера в своих. — Мы все очень довольны, что вы выиграли.
Одетые в роскошные наряды придворные, среди которых были одни доранцы, закивали своими светловолосыми головами в знак согласия.
— Спасибо, ваше величество, — поблагодарил ее Эшер и поцеловал королеве руку.
Она была искусной лгуньей, но он все равно любил ее. Поцеловать ей руку считалось большой дерзостью, почти неприличным поступком, но Дана улыбнулась, и никто не посмел посмотреть косо на нарушителя этикета. Только Дурм слегка нахмурился. В этот момент в павильон вошел Джарралт, и королева направилась к нему. Она вежливо приветствовала проигравшего, произнеся приличествующие случаю слова сочувствия. Когда придворные столпились вокруг Конройда, Эшер улучил удобный момент и отступил, пятясь, к дальней стене, у которой рос пышный папоротник.
— Итак, победителем турнира оказался хитрый маленький помощник Правителя олков? — раздался рядом с ним вкрадчивый голос.
Эшер резко обернулся и увидел Фейн.
Принцесса, в элегантном наряде из золотистого шелка, сидела на стуле с высокой спинкой и перебирала тонкими изящными пальцами три прозрачных шара, в которых горел волшебный огонь. Синие глаза Фейн настороженно смотрели на Эшера. Она была прекрасна, как серебристая льдина, как новый гарпун или шторм на море. И так же опасна, как они. Страшно было даже подумать о том, что может натворить эта особа, когда вырастет и станет Заклинательницей Погоды.
— Завидуете, ваше высочество? — подняв брови, спросил он.
На лице принцессы появилось выражение досады, но ее голос оставался все таким же спокойным и ровным:
— Еще бы! Я всю жизнь мечтала тыкать палкой с металлическим наконечником в деревянные колышки!
Фейн начала жонглировать шариками, и Эшер подивился ее ловкости и мастерству. Волшебный огонь не опасен. С помощью колдовства доранцы зажигали его вместо свеч. За последний год Эшер не раз видел, как это делается. Впрочем, при желании доранцы могли и устроить пожар, используя тот же огонь.
Фейн отличалась поразительной проницательностью и умела читать мысли собеседника по выражению его лица.
— Ну и кто кому завидует сейчас? — с лукавой улыбкой спросила она и, наклонившись вперед, заговорила доверительным тоном: — Признайтесь, Эшер, разве вы никогда не испытывали соблазна заняться магией? Отвечайте честно, я никому не скажу.
Эшер похолодел. Она хотела уличить его в преступлении, за которое казнили Тимона!
— Нет, — твердо сказал он.
Фейн наклонилась ближе к нему.
— Держу пари, у вас были такие попытки.
Он с удовольствием отшлепал бы ее, но не мог себе этого позволить, поэтому только покачал головой.
— Простите, ваше высочество, но я говорю правду.
Фейн сделала вид, что сильно удивлена. Огонь внутри шариков призывно замерцал.
— Чего вы боитесь, Эшер? Неужели думаете, что мой брат позволит отрубить голову своему лучшему другу? Даже за нарушение священного закона Барлы? — ехидно спросила она. — Мне кажется, этого не сделает даже король.
Что за игру затеяла коварная девица? Ему не нравился горевший в ее глазах опасный огонь.
— При всем уважении должен сказать, что вы говорите глупости. Его величество никому не позволит безнаказанно нарушать закон.
Фейн надула свои хорошенькие губки.
— Но папа так любит вас, Эшер! Я видела, что ему очень хотелось обнять вас и прижать к сердцу, как второго сына. А знаете, у вас много общего с Гаром!
«Вот стерва!» — с негодованием подумал Эшер. Едва сдержавшись, он поклонился принцессе.
— Мне было очень приятно поболтать с вами, ваше высочество, но меня ждут друзья, поэтому разрешите откланяться…
Поняв, что у нее ничего не вышло, Фейн резко сменила тактику.
— О нет, Эшер, не уходите! — воскликнула она. Фейн дунула на светящиеся шары, и они превратились в бабочек и улетели. — Мы с Гаром приготовили особый подарок для короля. — Найдя глазами брата, она позвала его: — Гар! Иди сюда, ты мне нужен!
Извинившись перед своими собеседниками, принц подошел к сестре.
— Что ты хотела?
Фейн нетерпеливо взглянула на него.
— Ты принес то, о чем я тебя просила?
— Да, но…
— Отлично. Неси сюда.
— Но это же просто смешно, — пробормотал Гар, пожимая плечами, но все же выполнил просьбу сестры.
Подойдя к своему стулу, он встал на одно колено и достал из-под него палку.
— Покажи мне ее, — потребовала Фейн. Осмотрев палку, она осталась довольна ею и с улыбкой вернула брату. — Великолепно!
— Но зачем она тебе? — начиная сердиться, спросил Гар. — Перестань играть в таинственность и скажи наконец…
— Я уже говорила, что это будет сюрприз, — перебила его Фейн и, грациозно встав со стула, взяла принца за руку. — Пойдем со мной.
Эшер, углубившись в заросли папоротника, следил за принцем и принцессой, которые направились прямо к королю. Он не желал участвовать в затее Фейн, и ему не нравилось, что Гар позволяет сестре помыкать собой. Почему принц считает, что Фейн не способна причинить ему зло? Эшеру это казалось непостижимым. Он часто спорил с Гаром на эту тему, но тот продолжал слепо доверять сестре.
Подойдя к отцу, Фейн взмахнула рукой, и в воздухе разорвалась хлопушка, заставив всех замолчать. Чувствуя, что взоры всех присутствующих устремлены на нее, принцесса улыбнулась.
— Ваше величество, дамы и господа, в этот праздничный день мы с братом хотим преподнести королю особый подарок. Пожалуйста, Гар, вручи его!
Смущенный Гар с недоумением взглянул на сестру. Придворные замерли, ожидая, что будет дальше. Их глаза светились весельем. Гару некуда было деваться. Фейн снова подставила его.
— Ну же, Гар, — поторопила его сестра. — Вручи отцу наш подарок, ты держишь его в руках.
Гар перевел растерянный взгляд с Фейн на палку. Принц готов был провалиться сквозь землю. Он чувствовал себя полным глупцом.
— С днем рождения, ваше величество, — пробормотал он.
Борн взял протянутую палку.
— Спасибо, сынок. Не знаю, что и сказать.
— Не надо ничего говорить, — промолвил Гар, сгорая со стыда.
В павильоне установилась гробовая тишина.
— Позвольте я скажу несколько слов, ваш величество, — нарушила ее Фейн. — Эта палка символизирует нашу жизнь без вас, мертвую, сухую, бесплодную. Гар сам выбирал этот подарок. А теперь дайте эту палку мне!
Взяв ее, Фейн закрыла глаза и сосредоточилась. Бурая сухая палка задрожала и вдруг стала зеленой, словно ее внезапно облили краской.
Все присутствующие ахнули от изумления, зачарованно глядя на чудо, свершившееся у них на глазах.
Губы Гара скривились в подобии улыбки, кулаки разжались. Эшер тихо застонал, наблюдая за сценой унижения друга.
Превратившаяся в живую ветку палка покрылась почками, они лопнули и из них появились клейкие ярко-зеленые листочки. На конце ветки вырос бутон, который через мгновение раскрылся, и все помещение наполнилось ароматом распустившегося серебристо-золотистого мерцающего цветка.
Придворные бурно зааплодировали, а Фейн, сделав реверанс, протянула ожившую ветку отцу.
— Ваше величество, эта благоуханная роза символизирует эпоху вашего правления.