Она убрала руки от лица и взглянула на меня.
— Единственный человек, для которого это ожерелье значило хоть что-то, был ты. Ты показывал его всем, чтобы продемонстрировать, что ты — большая шишка, покупая такие дорогие безделушки. Ты, правда, думаешь, что оно что-то значило для нее? Ты пробовал ту же хрень со мной. Ах, Сара, живи с нами. Приди и останься в моей идеальной семье. Мы купим тебе вещи, если ты не будешь под кайфом. Мы позаботимся о тебе. Что за бред. Ты не можешь покупать людей, Джоуи. Ты так жалок.
Я встал и, облокотившись на стену блока, рассматривал свои ногти. Сара давно усовершенствовала искусство ядовитых тирад наркоманки. Слова проплывали мимо меня, как маленькие призраки. Я не позволял им задерживаться в моем сознании.
— Я пришел сюда по нескольким причинам, — сказал я. — Во-первых, чтобы сообщить тебе о том, что ты сделала, в случае, если ты не полностью осознаешь ситуацию. Угон автомобиля является уголовным преступлением, и карается отбыванием срока как минимум — три и как максимум — шесть лет. Кража ожерелья также является уголовным преступлением, влекущим за собой наказание. С твоим прошлым и моими связями в прокуратуре, думаю, что смогу убедить их в том, чтобы добиться наказания для тебя, отбываемого последовательно в верхней части диапазона срока. Не будет больше шести месяцев в окружной тюрьме, после выхода из которой ты можешь снова совершить то же самое, Сара. Ты пойдешь в тюрьму на двенадцать лет. Тебе будет как минимум пятьдесят лет, когда ты выйдешь, если, конечно, проживешь так долго. Я лично прослежу за этим.
Я пять раз представлял ее интересы в прошлом, каждый раз говоря себе, что никогда не буду делать этого снова. Мне всегда удавалось смягчить для нее наказания, чтобы она смогла пережить их, как можно легче. Но на этот раз все было иначе. Я чувствовал себя по-настоящему преданным, и хотел небольшого возмездия. Кажется, слова, сказанные мной, начали медленно проникать в ее одурманенный мозг. Она подтянула колени к груди и начала раскачиваться. Потом захныкала.
— Ты не можешь сделать этого со мной, Джоуи. Не можешь. Я не выживу.
— Уверен выживешь. Всегда выживала.
— Я устала, Джо. Ты знаешь, что я больна. Скажи Лили и Кэролайн, что я сожалею. Я найду работу и расплачусь с тобой.
— Слишком поздно, это было последней каплей. Я не хочу иметь дела с тобой.
— Ты и раньше так говорил. Ты не это имел в виду. Ты — единственный человек, который никогда не отказывался от меня. Ты не можешь предать меня, Джоуи.
— Меня зовут Джо, — перебил я ее. — Я перестал быть Джоуи давным-давно, с тех пор, как вырос. Может, тебе стоит попытаться.
Плач перешел в жалобные рыдания. Слезы потекли по ее лицу, и она стала стучать головой о стену. Смотритель подошел к двери.
— Все в порядке?
— Да, я ухожу. Выпустите меня?
Он отпер стальную дверь, и я шагнул вперед. Рыдания Сары было почти невыносимо слышать. Я ускорил шаг, и, пройдя по коридору к лестнице, толкнул дверь. Прежде чем дверь закрылась за мной, я услышал ее крик:
— Джоуи! Ты должен меня защитить!
12 июня
14:15
В правоохранительных органах новости распространяются быстро, как хорошие, так и плохие. Были слухи, что сестру Джо Дилларда задержали снова, только на этот раз жертвами оказались сам Диллард и его семья.
Агент Ландерс считал Дилларда самодовольным придурком, который провел свою жизнь, защищая отморозков, которых Ландерс так старательно пытался упрятать. Он полагал, что Диллард был таким же, как те, кого он представлял. Когда агент узнал, что Дилларда наняли защищать Энджел Кристиан, его чуть не стошнило. Ему претила сама мысль, что придется иметь с ним дело, как при сборе доказательств, так и в суде. Но когда Ландерс услышал, что сестру Дилларда арестовали, то повеселел. Он сразу же позвонил в тюрьму и узнал, что под залог ее никто не освобождал. Затем он связался с администратором тюрьмы и попросил перевести сестру Дилларда в тот же блок, что и Энджел Кристиан. Администратор сообщила, что это будет нетрудно сделать, поэтому Ландерс подождал пару дней, а затем отправился нанести визит мисс Диллард.
Охранники привели ее в комнату для допросов. Она была вся согнута, с поникшими плечами, с абсолютно пустым взглядом. Тем не менее, мисс Диллард была, безусловно, привлекательной особой. Возможно, когда все это закончится, и если все пойдет как надо, он мог бы ее соблазнить. Разве не было бы замечательно уложить в койку сестру Дилларда?
Она сидела, похожая на изваяние, не глядя на Ландерса. Он рассчитывал, что сможет ее пересидеть, и она начнет разговор первой, но через несколько минут стало понятно, что она не собирается говорить.