Бледное лицо повернулось в мою сторону, а удивленные глаза уставились в полном неверии.
— Зачем ты пришла? — понизив тон, поинтересовался граф.
— Я уже сказала, — в подтверждение своих слов, я приподняла поднос выше.
Дав знак служанкам удалиться, я подошла к краю кровати. Девушки перед уходом оставили таз с водой рядом с дверью, намекая, что процедуру придется провести мне одной.
— Ты спасла мою жизнь.
Я сжала зубы. Он заблуждался. Из-за меня он мог свою жизнь потерять.
— Я думал, ты желала бы моей смерти.
— Нет, — мотнула головой я.
— Рад это слышать, — Далье растянул бледные губы в слабой улыбке.
— Тебе нужно поесть. Я велела приготовить для тебя бульон с крутонами. Более тяжелую пищу нельзя. Целитель сказал…
— Я так хреново выгляжу? — перебил меня граф.
— Что? — не поняла я.
— Удивляет твоя любезность. Наверно это потому, что я совсем плох.
Я промолчала, потому что не могла придумать ответ.
— Ничего. Я все равно рад.
— Чему здесь радоваться? — нахмурилась я, помешивая бульон ложкой.
— Если бы тебе было плевать на меня, то ты бы здесь не сидела. А тебя все же трогает мое состояние. Ты даже пришла меня накормить. В то время, когда могла бы бежать. В теперешнем положении я бы не смог нагнать тебя. И все же ты здесь.
Блондин был прав, но слышать этого я не хотела.
— Ешь свой суп, — я пихнула ложку в рот Далье.
— Это бульон, — проглотив жидкость, поправил меня граф.
— Мне все равно, — наклонив голову, заявила я.
Впереди были еще водные процедуры, но я не представляла себе, как справлюсь. Увидеть графа голого, трогать его… Это слишком.
— Послушай, может нам все-таки удастся договориться? — приступила к дипломатии я, запихивая очередную ложку в рот блондина. Тот послушно ел, что даже немного умиляло.
— Чего ты хочешь?
— Я хочу вернуться во дворец, — заявила я, делая вид, что рассматриваю скучные сине-лиловые портьеры.
— Зачем? Чтобы вернуться к поручениям королевы? Хочешь снова предлагать свои прелести высокопоставленным толстосумам? Нет, я не могу этого допустить, — отрезал граф, отодвигая от себя тарелку.
— Во-первых, никому я свои прелести не предлагаю. Мне всегда удавалось договориться или что-то вроде того. Во-вторых, я не могу здесь оставаться.
— Почему? — искренне удивился блондин, и это разозлило меня еще больше.
— Слишком много воспоминаний о сестре, — упавшим голосом напомнила я.
— Давай уедем, — решительно предложил Далье, взяв меня за руку.
— Это не поможет, — нахмурилась я.
Блондин вопросительно посмотрел на меня. А я вытащила свою ладонь из его руки.
— Носитель воспоминаний не место, а ты. Я хочу уехать от тебя.
— Я сделаю так, что хороших воспоминаний станет больше. Только дай мне шанс попробовать.
— Нет, — я встала с постели, чувствуя, что бьюсь о глухую стену. — Мне нужно обтереть тебя губкой, — я наклонилась за тазиком, с плавающей в нем губкой.
— Нет, — отказался граф.
— Почему?
Не то, чтобы я была не рада. Просто удивлена отказом Далье. Странно, что он не захотел воспользоваться такой возможностью.
— Это будет смущать тебя.
— Сейчас ты для меня пациент, — соврала я, не моргнув и глазом.
— Хорошо, это будет смущать меня.
— Что? — я оторопела. Вот это откровение, — Но ведь ты уже ходил голым передо мной и видел без одежды меня. Так что изменилось?
— Ситуация. Тогда меня наполняла страсть, а сейчас я чувствую себя немощным стариком.
Я хохотнула от нелепости сказанного. Граф обиженно отвернулся, а я выскользнула из комнаты, все еще сжимая влажную губку в руках. Мне пришлось прижать руку ко рту, чтобы не хихикать. Далье имел ввиду свое мужское достоинство или я не так поняла? Во всяком случае, было непривычно видеть его таким… человечным.
ГЛАВА 8.
Мне было скучно, и я решила спуститься в конюшню. Страшные воспоминания о Ракель я старалась спрятать поглубже в своем сознании. Мне хотелось увидеть лошадей. Эти животные всегда успокаивали меня. С некоторыми из них можно было даже поговорить. Жеребец Далье, Блэкидж, наверняка скучал по своему хозяину. Граф уже вовсю шел на поправку, и я перестала заходить в его спальню. Когда на его щеках появился здоровый румянец, а руки снова налились силой, то мне снова тало страшно в его компании. А вдруг его мужское естество не удержится в штанах?
Подойдя к дверям конюшни, я услышала возню и вздохи. Что там происходит? Выдохнув облачко пара, я сильнее закуталась в подбитую мехом накидку и вошла. Дверь скрипнула, и звуки на миг пропали, но затем возня продолжилась. Я шагнула вперед и встала, как вкопанная. По конюшне прокатился женский смех и тут же последовавший за ним стон. Лошади в стойлах по правую сторону, забеспокоились. Их настроение передалось и мне. Я прошла до конца конюшни, чтобы понять, в чем дело.