— Как погода на севере? Говорят, летом там не так уж и плохо, — задал вопрос Мариус.
В ответ рыжий важно качнул головой.
— Кто ж говорит, милорд? Видать, тот, кто там ни разу не был! — прыснул от смеха Солман. Он явно захмелел. — А я вот вам сейчас скажу как там! Ледяной ветер и трескучий мороз, да такой сильный, что струя на лету успевает застыть!
Он скрипуче рассмеялся, а Рован заметил как напряглось лицо Мариуса. Не следовало бы этому болвану открывать свой рот!
— Северные хребты засыпало снегом, отрезая всех, кто выше, — послышался голос одного из акробатов. Остальные закивали головами.
— Вскоре зима придёт и на запад, — поддержала их Бидди. — Нам бы успеть и до холодов добраться до юга, а то так недолго и зад отморозить!
Она вновь посмотрела на Рована.
«Не волнуйся, сегодня ночью тебе будет жарко!», — подумал он, бросив на девицу ответный взгляд.
Только бы мать этого не заметила!
Но Кейла Вэлдон и не думала смотреть в сторону Бидди. Да, речи этой девицы вгоняли в краску. Вон даже сир Терлон, что сидел слева от Рована, побурел как свекла. Рован негромко рассмеялся, надеясь, что и в койке она окажется такой же бойкой и языкатой.
— Вы торопите события, милорды! Сначала на запад придёт осень. Впрочем, как и на восток, — послышался голос одного из силачей, светловолосого, с серыми глазами и огромными руками, что до недавнего времени молчал.
Ровану на долю мига показалось, что он уже где-то видел его лицо, но вот где? Он долго всматривался, но так и не смог припомнить. Как, Солман сказал, его звать? Лонс, кажется? Да, точно, Лонс.
— А лишь потом долгая и холодная зима. И вот тогда не зевай, гляди в оба!
Говоря, он смотрел куда-то в сторону Бриама.
— Но только не на юге! — возразила Бидди. — Там-то всегда жарко и можно круглый год купаться в реке да ходить в шелках!
— В каких шелках? — засмеялся Солман, а Бидди раскраснелась. В её глазах мелькнула злость. — Их у тебя отродясь не было!
Бидди крикнула, что он «осёл вонючий» и «шут ярмарочный», Солман тоже не остался в стороне, назвав её «подстилкой трактирной», но их перебранку внезапно прервал громкий звон. Окинув взглядом комнату, Рован увидел побледневшее лицо леди Тами. Кажется, она что-то обронила на пол, но совершенно не заметила этого. Расширившимися глазами она смотрела на Лонса, словно у того выросло две головы, причём одна из них была лошадиная. Но уже через минуту она отвела свой ошарашенный взгляд в сторону и принялась возить вилкой по тарелке. Её рука при этом слегка дрожала.
«Что же тебя так встревожило в словах этого здоровяка, голубка?» — подумал Рован, возвращаясь к мясу и вину.
Неужто испугалась лютой зимы? Вряд ли! Такие пустяки её не напугают, тем более что она, наверняка, не раз бывала у бабки в Нортонфорде. Нет, тут было что-то ещё, что-то, чего Рован не сумел разглядеть.
Разговоры за столом тянулись до полуночи. Сладкое и крепкое вино, которым потчевали гостей, сделало своё дело, и Кертус затянул грустную песню о любви и битвах. Пел, к слову, он весьма не дурно. Растрогавшись, Кейла покинула зал. Джорли вызвалась проводить мать. Почти сразу за ними из-за стола вышла дочка Ларика. Со своего места Рован наблюдал за ней. Она неторопливо прошла к выходу и бросила на здоровяка Лонса осторожный взгляд, а затем скрылась за дверью.
Через четверть часа Лонс в компании подвыпивших акробатов тоже покинул зал.
Что-то подсказывало Ровану, что нужно проследить за этим Лонсом, но в тот момент Бидди призывно поглядела на него, кокетливо наматывая локон на палец. Рован не мог думать ни о чём другом, кроме её пышной груди, которую он хотел сжать своими руками. Одарив его ещё одним многообещающим взглядом, Бидди поднялась из-за стола и вышла из зала. Выждав пару минут, Рован направился вслед за ней. Он знал, в каком крыле замка Мариус распорядился выделить комнаты для гостей.
Замок окутал ночной полумрак, и его едва различимые шаги не нарушали тишины, царившей вокруг. Рован поднялся по лестнице, что вилась по спирали. За ней оказался длинный и извилистый коридор, по обе стороны которого тянулись похожие одна на другую двери.
«В какой же комнате расположилась моя странствующая блудница?» — задумался Рован, неторопливо идя вперёд.