— А мы не станем перебираться через борт. У нас здесь есть топор, большая и маленькая секира. Та часть борта сандала, что находится над водой, сделана из тонкого дерева, которое ничего не стоит прорубить. Ни один человек не увидит, как мы спустимся в лодку.
— Но потом, когда мы поплывем отсюда, они заметят и схватят нас!
— Нет. Ты ведь видел, что нос сандала упирается прямо в камыш, как раз в то место, где через заросли ведет узкий открытый канал. По нему мы и поплывем. Но все это мы должны сделать очень быстро, так что соберите скорее ваши вещи и за работу!
Абуль-моут сам взял колун и ударил им по дереву, которое сразу же поддалось. Двое хомров помогали ему, и через какую-нибудь минуту немного повыше ватерлинии образовалось отверстие, достаточно большое для того, чтобы в него мог протиснуться человек.
Абуль-моут высунулся наружу, дернул за веревку, на которой висела лодка, и спустил суденышко на воду. Он сошел в нее первым, за ним последовал один из хомров. Остальные кинули в лодку те вещи, с которыми не хотели расстаться, и лишь после этого покинули корабль.
Лодка была шестивесельной, как раз по числу пассажиров. Хомры отвязали ее, схватили весла и стали медленно продвигаться между бортом корабля и камышами, пока не достигли канала. Абуль-моут сел у руля, решив самостоятельно править лодкой.
— До сих пор все шло хорошо, — сказал он, — но сейчас начнется самое трудное. Когда мы оттолкнемся от сандала и поплывем по этой свободной от камыша дорожке, на дахабии нас увидят и начнут стрелять. Чтобы мы как можно скорее вышли из пределов досягаемости их пуль, надо налегать на весла изо всех сил. Ну, а теперь вперед! Пусть Аллах защитит нас и погубит наших врагов!
Хомры погрузили весла на воду, и лодка двинулась по каналу.
Из-за выстрелов, которые все еще продолжали греметь, находившиеся на сандале нуэры не слышали или не обратили внимания на звуки ударов топоров по дереву. Они не подозревали, что брошены своими предводителями на произвол судьбы, до тех самых пор, пока голос Шварца не известил их об этом.
Немец поднялся к вращающейся пушке, собираясь с помощью нескольких ядер сделать во вражеских кораблях пробоины и тем вынудить команды сдаться. Когда он стал направлять дуло, его взгляд случайно упал на тростниковые заросли, и он увидел лодку, которая только что выглянула из-за сандала и быстро стала удаляться по узкой водной тропинке. Мгновенно оценив ситуацию, Шварц резко повернул дуло пушки в другую сторону и стал торопливо заряжать. Однако лодка была уже довольно далеко, и Шварц понял, что, если он не попадет в цель с первого раза, враги будут уже вне досягаемости пушечных ядер и ружейных пуль. Тогда он повернулся к берегу и громко крикнул, перекрывая своим голосом шум затихающей битвы:
— Эй, Хасаб Мурад! Там, в тростниках, лодка, а в ней Абуль-моут. Бегите скорее вверх по течению, догоните их и прикончите! Не старайтесь спасти им жизнь!
Египтянин расслышал его слова и понял, что от него требуется. Шварц увидел, как он и его люди побежали вдоль камышового поля. Но этого немцу было недостаточно, и он окликнул Сына Тайны:
— Абд-эс-Сиррф! Быстро спускайся в лодку со своими людьми! Стефан, возьми пять хороших стрелков и отправляйся с Сыном Тайны! Постарайтесь догнать лодку с беглецами и доставить мне Абуль-моута живого или мертвого. Но если вы их все-таки упустите, тогда выйдите на правый берег и попробуйте по крайней мере отыскать его лодку. А теперь вперед, скорее!
Плоскодонку сандехов сняли с борта дахабии, и Сын Тайны, ниам-ниам и Отец Листьев с солдатами прыгнули в нее и бросились в погоню за арабами.
Тем временем канониры успели зарядить вращающуюся пушку. Шварц направил ее на уплывавшую лодку, наскоро прикинул ее скорость, прицелился и выстрелил. К сожалению, он еще не очень хорошо знал свое орудие, а цель была слишком маленькой: ядро с шумом вспенило воду в каких-нибудь шести футах впереди лодки.
Шварц увидел, что хомры перепугались и с удвоенными силами налегли на весла. Он быстро перезарядил пушку и выстрелил снова. На этот раз ядро упало чуть позади беглецов, рикошетом отскочило от воды, ударило совсем рядом с лодкой и только после третьего подскока погрузилось на дно. Для очистки совести немец дал еще один залп, но, как и следовало ожидать, он снова не попал в цель: враги были слишком далеко.
Уже при втором выстреле Шварца лодка Сына Тайны прошла мимо сандала и понеслась по каналу. Ниам-ниам лучше гребли, чем арабы, и те, кто наблюдал за ними с кораблей, не сомневались, что они скоро нагонят Абуль-моута.