Пролог
На улице февральский ветер свирепствовал переметая снежные вихри поземкой. Роженица едва смогла разогнуть спину между схватками и еле-еле подошла к огромному окну в палате. Марина Свиридова - женщина средних лет, ожидавшая двойню, приехала по скорой еще на кануне вечером. И вот уже почти сутки ждала родоразрешения. Но судьба ее не жалела. Видимо с полна воздавала за грехи прошедших лет.
Схватки то начинались, то прекращались. Периодически их стимулировали, ставили системы, уколы. И сейчас уже практически не осталось ни страха, ни сил в такой значимый для каждой женщины день. Была лишь боль с которой тело тоже постепенно свыкалось.
В зал вошла акушерка с детскими одеяльцами, пелёнками и бирками . Небрежно швырнула их на стол под лампу. Заполнила журнал учета, лежавший на подоконнике . Небрежно мазанула женщину оценивающим взглядом и спросила:
─Ну что там у тебя? Ещё не скоро? Есть потуги?
─Не знаю. Живот тянет. Больно.
─Это еще схватки идут. Роды первые?
─Да.
─Значит считай время между схватками, как участятся, так зови. Я в соседнем родзале. Там тоже девица рожает. А ты ходи-ходи, так легче будет, - тетка вышла, а Марину скрутила по полам очередная схватка.
Через пару часов усиленного труда - на свет появились два малыша. Мальчик и девочка. Акушерка сообщила матери ,что дети абсолютно здоровые и проведя гигиенические процедуры подошла к женщине.
Марина уже давно для себя решила, что домой приедет с одним ребенком. Мальчиком. А девочку оставит в роддоме, двух детей ей не потянуть - она это точно знала. Отец малышей сбежал еще задолго до родов, когда женщина была на четвертом месяце беременности. Работы не было, да и откуда ей взяться в почти развалившемся совхозе. Скотины тоже на дворе немного: пара гусей, пяток курей и хряк. Это впору на один - два рта, на нее и сына. Без мужика в селе не прожить, так уж если с мужем не свезло, то хотя бы сын вырастит и станет ей опорой.
Но Марина в тот момент и подумать не могла ,как сильно заблуждается и на что себя обрекает, делая такой выбор...
─Возьми, к груди приложи деток по очереди, микрофлорой обменяйтесь. У тебя сейчас молозиво, молоко придет через пару дней. - первым подала мальчугана, а за ним протянула девчушку. Малышка словно заподозрила неладное со стороны самого близкого и родного человека, разразилась громким плачем. Второй ребенок последовал ее примеру.
─Ее не надо! Мне нужен только сын-оттолкнув руку с младенцем, спрятала грудь под старой поношенной до дыр ночнухой. Других рубах здесь просто не давали.
─Марин, ты это что придумала???Дитё в чем виновато?- возмущению акушерки не было предела. ─Зачем судьбу ломаешь от роду? На. Возьми. -повидавшая и не такое, женщина все-таки настояла на своем, и маленькая кроха лишь на пару секунд ощутила тепло матери, точнее тепло материнского тела. ─Пусть сосок губами тронет.
А потом поступай, как захочешь, дело твое.-сказала акушерка смерив осуждающе Марину взглядом.
Женщину - кукушку выписали из роддома и их судьбы больше не переплетались,а малышку через несколько месяцев из дома малютки забрали в состоятельную семью.
Глава 1
Наши дни.
Мужчина медленно поднялся со стула. Он был среднего роста, с выпирающим животом, и, на первый взгляд, казался несколько грубоватым. Череп его гладко выбрит, но на затылке оставлена косица цвета вороного крыла, перехваченная кожаным жгутом. Подойдя к Анне, он взглянул ей прямо в глаза. Она не отвела глаза, упрямо вздернула подбородок и выдержала его тяжелый взгляд. Улыбнулся. Его улыбка была ледяной. Вдруг он схватил ее одной рукой за волосы, а другой рванул блузку у самого ворота так, что жемчужные пуговицы в рассыпную полетели на пол стуча по кафелю. Бандит быстро освободил тело от ненужной вещицы и отошел на пару шагов назад, чтобы заценить новый товар.
— Голубоглазая блондинка, — одобрительно сказал он. Голос звучал хрипло. А в глазах блеснул не добрый огонек. —За тебя хорошую цену отвалят на рынке. Ты к тому же еще и молода…самый сок... –подытожил, сминая до боли мне груди. —Казбек наверняка заберет тебя себе и хорошие деньги мне отвалит. –маленькие поросячьи глаза оживленно забегали мысленно, подсчитывая навар с незаконной сделки. —Надень свое тряпье обратно, -мне в лицо бросил прежде сорванную блузу.
—Она изорвана!
—На жалость давай не дави мне! Затяни под грудью на узел. Мне, что тебя учить?! –буркнул мужик в ответ и покинул комнату.
Пока он временно отсутствовал, бегло огляделась по сторонам: убогая комнатушка с устаревшей мебелью, скрипучим дощатым полом и невозможным запахом. Запах гнили, который резко бил в нос, обозначив самое дно –точку невозврата.
А когда бандит снова появился комнате –в руках держал шприц для инъекций.
—Не противься, будет только хуже! –он подошел ближе и схватил за локоть. —Это снотворное. А не трясись ты так! Убивать тебя мне нет никакого резона! Просто поспишь. Так сказать, отдохнешь перед долгой и изнурительной работай. Говорят, путанить нынче не легко! –тишину нарушил противный смех, от которого по моей спине поползли огромные мурашки. От инъекции навалилась дремота, утягивая в пучину забытья.
Провал в темноту и тишина.
Провал длинною в жизнь, тогда мне так показалось. Пришла в себя я в замкнутом пространстве. Пошарила в темноте рукой, сумев определить, что это ящик. Случайно проскользнувшая догадка -повергла в шок. Желая убедиться в обратном ощупала все вокруг себя на сколько это возможно было сделать.
Я реально лежала в ящике! Руки, ноги, спина –все тело затекло. Осознание безысходности пришло вместе с удушьем и смятением. С трудом разлепляя обезвоженные губы –издала полу стон –полу писк. Вышло жалко. Сделав усилие над собой –повторила. Усиливая эффект стуком по коробу, насколько это было возможно в ограниченных условиях.
Тихо. Никто не торопился меня спасать! Время шло.
Ног практически уже не чувствовала, прошла та стадия покалывания и теперь пошевелить ими я и вовсе не могла-не слушались. Звенящая тишина оглушала, давила на уши вызывая панический страх.
А вдруг меня похоронили? Мысли летели одна за другой. Закапали?
Рвотный рефлекс подкатил к горлу наполняя рот слюной.
—Боже, только не сейчас! Пожалуйста! –прошептала я и тихонько заплакала.
Сколько прошло еще времени –не знаю, следующий раз пришла в себя от желания справить нужду. Предприняла еще одну попытку высвободиться из заточения –неуклюже стуча кулаком в деревянные стены. Била до тех пор ,пока в очередной раз вложив всю силу в удар непроизвольно обмочилась.