Я не поняла.
Почувствовала...
Проворный горячий язык скользнул к вершине, пощекотал, слегка сжал, а затем сместился ниже. Юркнул во влажную пещерку сымитировав несколько фрикций. Я поплыла в беззаботность, где царило только желание и отсутствовали какие-либо ограничители морали.
Плавно, едва заметно, подала бедра вперёд, навстречу острому языку, настырно таранившему некую преграду.
Ещё...ещё...уже намного яростней и жестче. До жути желая развязки.
—Азамат, я хочу...-шептала с силой прижимая его лицом к своей промежности.
—Не сейчас.-произнес он отстроняясь.
Но желание мое никуда не делось. Наоборот, било ключом затягивая в пучину страсти. Пульсировало. Тянуло. Мешало сосредоточится и наконец отвлечься от случившегося.
Мужчина выпрямился. Прижался грудью к моей спине и ловкие пальцы отправил в места откуда вернулся язык. Сжал вершинку и тело забилось в припадке: мощном, сладострастном и таком желанном последние полчаса.
—Аху*нная реакция! Выше любых похвал, детка!
Азамат еще что-то говорил и говорил...
Аня, не разбирая слов ловила момент и купалась в незнакомых до сего момента ощущениях.
Надо признать, это было круто!
Когда последняя волна оргазма покинула тело, я едва стояла на ногах.
—Постой. Я сейчас…
Азамат вышел из кабины первым. Обтерся сам, помог Ане. И отнес девушку в постель.
Все спать! Впечатлений через край...
Она держалась молодцом и именно это импонировало мужчине.
Было в ней что-то этакое...только, что пока еще не понял...Упрямство, гордыня, а возможно ни то, ни другое, а нечто иное.
Едва Азамат принял горизонтальное положение, как девушка прильнула к нему и мирно засопела.
Глава 4
Новый день принес очередные трудности. Нет, не Азамату-Ане. Едва успела девушка подавить стыд и возникшую неловкость из-за случившегося накануне, как жизнь подсунула ей очередную ложку дегтя.
Нигматов предложил прокатиться на лошадях. Идея Ане пришлась по душе. Какое-никакое разнообразие будничных дней. Внешне она оставалась не возмутимой, хотя душа ее ликовала!
В детстве Аня посещала платные уроки. Верховая езда ей нравилась. Она любила лошадей. Чего не скажешь в последнее время о людях. Точнее, об одном человеке-Азамате. До сих пор этот мужчина оставался для нее темной лошадкой подстать той, которая, вышагивая сейчас по тенистой аллеи уносила их вперед.
По ее приблизительным подсчетам, с момента похищения и по сей день прошло уже больше месяца. Естественно, родители места себе не находили и наверняка обратились в полицию, но все усилия тщетны раз уж Аня еще здесь -в плену. Ей необходимо связаться с домом, сообщить родным, что она жива и с ней все в порядке, чтобы дорогие ей люди не волновались.
—Азамат, —начала робко девушка.
—М-м..
—Разреши позвонить домой. Родители, вероятно, места себе не находят...Я единственный ребенок в семье, а у папы больное сердце...-девушка старательно подбирала нужные слова. Ей просто необходимо достучаться до Азамата. Ну не зверь же он в конце концов?!
Молчит.
Только телом весь напрягся, при упоминании отца, сжал поводья в руках до побелевших костяшек пальцев.
—Азамат. Послушай...
—Нет. Всё останется как есть. «И тебе придется смириться с этим», —едва окрашенным хрипотой голосом произнес он.
И на то были свои причины. Нет, он себя не оправдывал. Не в коем разе! Но сейчас, когда только-только все более или менее устаканилось —сообщить, горестные вести означало отбросить все усилия назад. Аня снова замкнется в себе, ополчится на весь мир и возненавидит его. От части, будет права: косвенно, но причастен к ее плену. И после добровольно к себе уже точно не подпустит.
А ломать ее не хотелось.
Ему нужна живая, чистая на эмоции девочка, ту, которую знал раньше, а не пропитанная на сквозь ложью фальшивая кукла, каких сотни вокруг.
—Ань, поверь, нельзя сейчас. При первой возможности, мы обязательно навестим твоих родителей в России.
В подтверждение своих намерений слегка сжал ее в объятиях и направил лошадь. Та перешла на рысь.
Теперь уже Аня напряглась и вцепилась мертвой хваткой в руку, опоясывающую ее талию.
—Можно не так быстро? Мне нехорошо.
Договорить ей не дали. Азамат развернул девушку к себе, сосредоточено всматриваясь в лицо.
Она не врала.
Лицо белее мела, испарина на лбу, а на глазах пелена из не пролитых слез.
—Эй, малыш, ты чего? -сорвалось с губ раньше, чем осмыслил сказанное.
Обнажить чувства, сменив гнев на милость подразумевала в дальнейшем потерю контроля над ситуацией. Непокорность и как итог неподчинение ему—Азамату.
Допустить этого никак не мог.
—Я боюсь лошадей...вернее не совсем боюсь в прямом смысле...сложно объяснить...описать свои ощущения...
Действуя без промедления Азамат осадил коня, спешился сам и спустил на землю Аню. Не упустив возможности скользнуть руками от красивой формы бедер, обтянутых в бриджи для верховой езды, до груди под футболкой.
Аня робко коснулась могучих плеч в попытке удержать равновесие и когда твердо уже стояла на ногах, неосознанно задержала свои ладони на крепкой мужской груди. От чего мужчина среагировал незамедлительно- в трусах стало тесно.
Девушка не видела, но ощутила бедром его состояние. Отступила назад, разорвав кольцо из горячих рук.
—Ты почему не сказала о боязни лошадей? И я дурак не уточнил данный момент! Всё еще не доверяешь?!-Азамат под уздцы взял жеребца и повел вдоль аллеи.
Откровенничать ей не хотелось. Этот напористый, необузданный мужик тревожил и поднимал волну не знакомых до сего момента чувств.
Сопротивляться в схватке с ним —не было сил, вернее силы бы нашлись, но не более, чём у бабочки, трепыхающейся в плотной паутине. Матерый паук сломит и склонит, если захочет...В последнем Аня не сомневалась.
—Азамат, а как твоего жеребца кличут? —спросила, увильнув на нейтральную тему.
—Смерч.
—А возраст?
—Девственник еще...
Я сказал легко и не принуждено. И задумка сработала -ее щечки окрасил нежный румянец.
Смутилась.
-—Три с половиной года.-дополнил слегка ухмыляясь.-Подыскиваю ему кобылу на племя.
Девушка смутилась, едва кивнула головой и «зависла».
Неловкие моменты в общении с этим несносным человеком все чаще преследовали. Было чувство, что загонял он ее намеренно в краску и испытывал от происходящего своего рода некое садистское удовольствие.
Она боялась его и в то же время тянулась. Чего не случалось ранее.
Первый Анин роман случился еще на школьной скамье. Платонические отношения -не более, а более не сложилось. В институте парни искали "легких" отношений и снова мимо. Для нее такой вариант был неприемлем.
Хорошим примером служил брак родителей: папа любил, мама позволяла ему это делать. Аня так же хотела построить отношения: раз и на всегда, как у родителей. Видимо не суждено!
Теперь на нее заявлял свои права вообще незнакомец. Анюта испытывала шок от всего происходящего. Ее принуждали спать без любви и каких-либо обязательств. Любым способом.
О чем свидетельствовала его выходка с минетом.
Мысли удручали.
—Ань, мы возвращаемся назад. —его голос выдернул в реальность.
Каждый ехал и молчал о своем: девушка о том, как сбежать из плена вернуться домой, мужчина о том, как можно мягче сказать, что ее родителей больше нет.
Эта мысль надавала покоя уже которую неделю. А Азамат не мог все решиться, сказать правду. Горькую правду, которая убьет девочку. Нет, он не из ряда трусливых пижонов, но в этом вопросе решение принять никак не мог. Возможно просто еще не время и не выпал подходящий момент.
Время близилось к полудню, когда дверь приоткрылась и в спальню вошел Азамат. Он молча снял обувь и лег рядом со мной на кровать, поверх одеяла.
—Анют, ты не против если стану тебя так называть?