“Давайте послушаем”, - сказал Джейк.
“Да”, - сказала Шарон, которая теперь раскачивала Келвина за декой.
“Давай”, - сказала Лора, которая сидела на платформе для барабанов.
Селия взяла гитару и несколько раз пробежала по ней пальцами, извлекая аккорд соль мажор. “Это называется ”Этого никогда не было", - сказала она им. “Это что-то вроде ... вы знаете... трагическая песня о любви”.
Джейк слегка приподнял брови, услышав название. Этого никогда не было? Действительно ли она написала песню под названием It Never Happened? А если бы и написала, то наверняка она была бы не о ... о том, о чем они договорились, никогда не случалось, не так ли?
Она еще несколько раз поиграла на гитаре, а затем начала наигрывать мелодию. Это была приятная мелодия, последовательность из трех аккордов, но в то же время немного грустная. Это была та мелодия, которая сразу же привлекала слушателя.
Она начала петь. Когда она закончила первый куплет, подозрение Джейка, что она поет об их ночи, проведенной в Портленде, начало возрастать. Она пела о зимней ночи, об обстоятельствах, которые толкнули двух людей в объятия друг друга, о горении внутри и о вещах, которых не должно было быть. А потом она перешла к припеву:
“Однажды ночью судьба свела нас вместе
Отдай наши души стремлениям любви
Это было вне нашего контроля
И мы не сопротивлялись
Но он не выдержал яркого света
Итак, мы должны продолжать, как будто этого никогда не было
Как будто этого никогда не было.
Джейк почувствовал, что краснеет, когда она пела эти слова, почувствовал, как чувство вины закрадывается в его душу. Он посмотрел на Лору, ожидая увидеть, как она смотрит на него с обвинением. Она не слушала, она просто смотрела, как Селия играет и поет, постукивая ногами в такт музыке, слегка кивая головой в знак одобрения музыки.
Как она может не знать, о чем поет Селия? он отчаянно задавался вопросом. Я не могу поверить, что она на самом деле поет... о том, о чем мы не можем говорить!
Он посмотрел на Нердли. Может быть, Лора и не улавливала, о чем говорила Селия — каким—то гребаным чудом, - но, несомненно, Нердли знали, о чем она пела. Это было так же ясно, как нос на лице Джейка. Но они, похоже, тоже ничего не делали, кроме как наслаждались шоу. Нердли что—то царапал на листе бумаги - вероятно, ноты основной мелодии. Шэрон все еще раскачивала Келвина, теперь в такт мелодии, улыбаясь Селии.
Селия сыграла второй куплет. Это было связано с запретной любовью, путями, которые переплетались, но не вели в одно и то же место, бочонками с порохом, ожидающими одной искры, которая заставит их взорваться, той единственной искры, которая наконец-то попадет в нужное место. А затем она снова спела припев, ее прекрасное контральто поведало всем присутствующим в комнате, что однажды ночью в Портленде их с Джейком охватила страсть, и они упали обнаженными в постель. И все продолжали не понимать того, что она им говорила.
Ее гитара перестала звенеть, и ее певческий голос затих.
“Это практически все, над чем я пока поработала”, - сказала она всем. “Есть секция моста, которую я наметил, но я пока не совсем уверен, как ее вписать”.
Джейк мог только представить, какого рода грязное признание содержалось бы в "мостике". Может быть, перечисление имен? Описание сексуальных действий? Иисус, блядь, Христос!
“Мне это нравится”, - радостно сказала Лора. “Это похоже на грустную песню, историю о запретной романтике, которая обречена на провал”.
“Это именно тот тон, который я пыталась задать”, - сказала Селия.
“В тексте песни определенно есть эмоциональный подтекст”, - сказала Шэрон. “Я думаю, что это хранитель”.
“Мне тоже понравилась композиция”, - сказал Зануда. “А как насчет тебя, Джейк? Что ты об этом думаешь?”
Джейк медленно сглотнул и перевел взгляд с одного лица на другое. Все выжидающе смотрели на него, даже Селия. “Эм... Мне нравится мелодия”, - наконец сказал он. “В нем есть хорошее течение и ритм”.
“А как насчет текста песни?” - спросила Лора. “Разве ты не мог просто почувствовать грусть и сожаление?”
“Э-э-э... да, ” тихо сказал он, опуская глаза в пол. “И стихи тоже хорошие. Тема, к которой мы все можем иметь отношение, верно?”
“Да”, - сказала Лора, кивнув и тоже бросив взгляд. “Я полагаю, мы все можем”.
Они поиграли с песней еще немного, на этот раз Джейк, а затем Лора разыгрывали мелодию на своих инструментах, пытаясь найти то, что сработало лучше всего, когда они действительно начали играть ее с ритм-секцией и аккомпанирующими инструментами. Селия снова и снова пела свои стихи, куплеты и припев. Джейк все ждал, что кто-нибудь внезапно поймет, о чем она на самом деле поет, но никто этого не сделал. Он сохранял невозмутимое выражение лица и делал свою работу. В конце концов, после того, что казалось вечностью, они перешли к другой мелодии, на этот раз оптимистичной под названием Ничто не имеет значения, кроме любви.