Джим, к настоящему времени ветеран авиаперевозок, планировал проспать весь обратный путь в Лос-Анджелес. Жизнь в составе гастролирующей рок-группы была веселой, захватывающей и соответствовала всем его мечтам (и даже немного больше), но это было утомительно. Дни и ночи текли в бесконечном потоке арен и гостиничных номеров, чартерных рейсов и заказанной еды, выпивки и группового секса. Сон иногда отодвигался на второй план, особенно когда у них было несколько дней путешествия подряд. На протяжении всего этого приключения Джим трахал самых красивых и раскованных женщин, каких только можно вообразить (хотя он не поцеловал ни одну после того, как Мэтт посоветовал ему не делать этого), иногда по две за раз, а однажды и по три за раз. Но поездка также сказалась на его организме. Он не взвешивался с начала поездки — он не хотел знать настоящую цифру, — но был почти уверен, что прибавил по меньшей мере десять фунтов, может быть, больше. Недостаток физических упражнений в сочетании с обильной едой и выпивкой вытянул его талию и добавил заметное запасное колесо в области живота. Ему пришлось купить совершенно новый комплект джинсов и рубашек еще в Балтиморе, потому что его старые больше не подходили.
Мне действительно нужно сходить в спортзал во время перерыва, подумал он, когда самолет поднялся в небо и приземлился на первом этапе полета. И выпивку тоже откажись. Одному богу известно, что это делает с моим кровяным давлением. Это было что-то еще, чего он не измерил во время этого приключения, опять же, потому что он действительно не хотел видеть, что это за число.
К тому времени, когда самолет выровнялся и начал фазу полета, Джим уже спал и слегка похрапывал. Он не проснулся, когда подошла стюардесса, обслуживающая салон, и попросила заказать напитки. Он не проснулся, когда самолет попал в особенно неприятный очаг турбулентности в чистом воздухе к северу от Мобила, штат Алабама, и несколько ручных сумок вывалились из верхних отсеков. Он полностью погрузился в фазу быстрого сна и, вероятно, оставался бы там по крайней мере до Нью-Мексико или Аризоны, если бы не позвал долг.
“Джим!” - сказал голос ему в ухо. Чья-то рука трясла его за плечо. “Очнись, чувак! Ты нужен Мэтту!”
Сон мгновенно покинул его, выдернув из сна, в котором он пытался найти выход из большого дома, потому что что-то преследовало его. Он несколько раз моргнул и уставился в лицо Остину Джефферсону, басисту. Остин выглядел испуганным. Слова, которые он только что произнес, были обработаны и поняты, и Джим выпрямился на своем месте. “Снова его сердце?” - спросил он.
“Да”, - донесся голос Мэтта с сиденья перед ним. “Это, блядь, опять происходит, чувак. Это дерьмо становится старым”.
“Это” была суправентрикулярная тахикардия, от которой страдал Мэтт, причина, по которой Джим был нанят им в качестве личного парамедика. Это был не первый раз, когда Мэтт ходил в SVT с тех пор, как Джим присоединился к нему в туре. У него был короткий приступ после шоу в Вирджиния-Бич две недели назад (сразу после того, как он нюхнул немного кокаина после шоу), но он прекратился сам по себе, прежде чем Джим смог поставить ему капельницу. А потом, всего за неделю до шоу в Шарлотте (более чем через десять часов после того, как Мэтт съел последнюю порцию кокаина), это случилось снова. На этот раз Джиму удалось поставить капельницу и ввести ему шесть миллиграммов аденозина, который вернул его к нормальному ритму примерно за пятнадцать секунд. Несмотря на строгий совет Джима об обратном, Мэтт продолжил шоу после преобразования, исполнив весь сет, а затем нюхнул кока-колы и написал себе послесловие два на четыре.
Джим быстро отстегнулся и встал. Помимо Остина, Грег Ган, Корбан, Стив, Джек Фергюсон, начальник службы безопасности, и Диана, симпатичная белокурая стюардесса, все стояли в общей зоне с обеспокоенными лицами.
Джим шагнул вперед и посмотрел на своего босса / пациента. Мэтт был бледен, немного вспотел, его сиденье слегка откинулось назад, на лице читался смиренный страх. Перед ним на столике с подносом стоял полупустой стакан Джека с кока-колой, а на видеоэкране показывали фильм со множеством полураздетых женщин.
“Это только началось?” Спросил Джим, наклоняясь и хватая Мэтта за запястье.
“Да”, - тихо сказал Мэтт. “Около двух минут назад; началось из гребаного ниоткуда. Это мчится, как товарный поезд. Я это чувствую”.
Джим нащупал пальцами лучевой пульс Мэтта. Ему не нужно было считать. Мэтт был прав. Он мчался, как товарный поезд. Пришло время отрабатывать свои деньги.