“Нет, ” ответил он, “ она бы мне не позволила. У нее был свой собственный запас. Я использовал три из них, пока был там; все презервативы, которые она мне дала ”.
История продолжалась утверждениями об эпизоде аналингуса, в котором Минди потребовала, чтобы он участвовал, о том, как Минди кусала его соски до крови, о требованиях, чтобы он засунул свой член в ее только что вылизанную задницу и отшлепал ее, о длительном трахе по-собачьи, который привел к его второму оргазму (первый был у нее в заднице, раньше, чем ей хотелось, и она дала ему пощечину за этот проступок) и о третьем и последнем трахе, в котором Минди взобралась на него в позе женского превосходства и скакала на нем, как на жеребце, большую часть тридцати минут, говоря ему все это время она собиралась оторвать ему яйца, если он кончит до того, как она будет готова к этому.
После финального траха ему сказали снова одеться и “убираться нахуй”. Он так и сделал.
“Я хромал и не мог прикоснуться к собственному члену дня три после этого, но, черт возьми, если это того не стоило. Я имею в виду... Я должен был трахнуть Минди Сноу. Сколько парней могут так сказать?”
По-видимому, довольно много, подумала Селия с улыбкой, читая эту строку.
Как и в двух предыдущих историях, репортер смог подтвердить, что Дэниел Маркс действительно работал в аптеке, о которой идет речь, и что она действительно находилась на маршруте между домом Минди Сноу и большим районом Лос-Анджелеса. Они не смогли подтвердить, что Минди действительно была в магазине в тот день (и никто не связал это с Эмили Страу, которая работала в том же магазине и была той, кто раскрыл аспект противозачаточных таблеток в саге о продаже презервативов) или что Дэниел действительно встретил ее в тот день, но Дэниел описал имущество Минди и внутреннюю часть ее дома таким образом, который соответствовал описаниям двух предыдущих любовников. И у него также все еще был клочок бумаги с написанными на нем указаниями к дому Минди. В статье была фотография этого клочка бумаги.
Чтение остальной части рассказа привело Селию в лучшее настроение. Она отпила еще немного вина и подумала: Наверное, я была неправа, когда в своем заявлении намекала, что она шлюха. Шлюхи берут плату за свои услуги.
Она слегка хихикнула над собственным остроумием — в этот момент она чувствовала себя более чем слегка подвыпившей — а затем снова начала листать журнал. Сначала она посмотрела на фотографии Джинни Джейкобс, девушки с обложки. Эти снимки мало что сделали для нее, но заставили почувствовать себя немного грязной. Джинни была очень молода; согласно биографии в начале фильма, ей было восемнадцать лет (и она увлекалась щенками, гладким джазом, шелковыми простынями, классической американской литературой и двойным проникновением двух больших членов).
Она пролистала еще немного и наткнулась на раздел “Любители показывают свою гладкость”. Эти снимки были немного интереснее. Это были не профессиональные модели. Они вовсе не были моделями. Вместо этого это были снимки обычных, повседневных американских женщин, позирующих обнаженными и демонстрирующих свои гладко выбритые влагалища (как и все остальное). Снимки, как правило, приписывались бойфренду или мужу, но несколько якобы были сделаны “моим лучшим другом”. Там были пухленькие женщины, женщины постарше, женщины помоложе, и несколько таких, которые, безусловно, были достаточно красивы, чтобы стать профессиональными моделями своей гладкости. Большинство из них на самом деле выглядели здоровыми или, по крайней мере, не выглядели распутно, как основные модели в журнале.
Она обнаружила, что начинает сильно возбуждаться, глядя на снимки. И тогда ей пришло в голову, что есть одно занятие, для которого она создана.
Она вернулась в свою спальню и сняла всю одежду. Затем она потянулась к маленькому ящичку на прикроватном столике и вытащила свой фаллоимитатор и вибрирующую бабочку. Она принялась работать над собой, быстро войдя в курс дела.
Когда она настраивала свой собственный инструмент, ее мысли сначала обратились к Сьюзи, пилоту, и к тому, что она хотела сделать с ней и вместе с ней. Она и Сьюзи (а также Сьюзи и Лора) все еще поддерживали свой обычный флирт и поддразнивания, но дальше этого дело не пошло. Может быть, пришло время это изменить?
В конце концов, теперь она была одинока. Ей больше не нужно было беспокоиться о проблеме верности.
Вернувшись из своей десятидневной поездки в Новую Зеландию, Джейк и Лора оставили двух родителей в Лос-Анджелесе, чтобы еще немного навестить своих внуков, но сами улетели обратно в Океано, чтобы побыть наедине, прежде чем Лоре снова придется уехать еще на три месяца в дорогу.