Глаза Мэтта загорелись впервые за несколько недель. "Черт", - пробормотал он. "Теперь это мой вид религии".
"Я думал, тебе понравится эта часть", - прошептал Джейк ему в ответ.
Мэтт ухмыльнулся на мгновение, а затем вспомнил, что ему полагается сердиться. Он позволил себе вернуть ни к чему не обязывающее выражение лица.
Пока гости направлялись к открытому бару, чтобы им налили по рюмочке выпивки, раввин загнал Джейка и Мэтта в угол и сказал им, что пора идти за женихом.
"А как насчет этих гребаных напитков?" Спросил Мэтт. "Когда я смогу выбрать свою?"
"Ты будешь пить из бутылки, которую выбрал сам Уильям", - сказал ему раввин.
"О боже", - пожаловался Мэтт. "Одному богу известно, какой сорт писсуотера выбрал Зануда. Наверное, это гребаное вино, смешанное с Доктором Пеппером".
"На самом деле, - сказал раввин, - я оказал ему небольшую помощь в процессе отбора. Я думаю, может быть, вы будете довольны его выбором".
Мэтт больше ничего не сказал на эту тему. Раввин привел их в маленькую комнату, примыкающую к главной приемной, и там Нерли сел, уставившись на какие-то заметки на листе бумаги (вероятно, его реплики для последующего использования, решил Джейк) и нервно грызя ногти. Он был одет в черно-красную парадную форму капитана Пикарда, а на голове у него была белая ермолка. Когда вошла свита Мэтта, Джейка, Купа, Чарли, его отца и отца Шэрон, Нердли поднял глаза, выведенный из задумчивости.
"Иисус Христос", - выпалил он, а затем покраснел. "Э-э... ну... вообще-то я имел в виду... ну, ты знаешь. Я имею в виду, я не имел в виду Иисуса Христа как такового. Просто это..."
"Все в порядке", - мягко заверил его Левенштейн. "Даже при том, что мы не верим в божественность Иисуса, упоминание его имени все равно является довольно хорошим проклятием при определенных обстоятельствах. Санта-Клаус тоже довольно крутая икона".
"Санта-Клаус?" Спросил Зануда, не совсем уловив намек. "А что насчет него?"
"Не бери в голову, Уильям", - сказал раввин со смешком. "Твоя свадебная вечеринка уже здесь. Не хочешь ли ты налить им выпить?"
"Верно", - сказал Нердли, быстро кивая.
"Я думаю, нам всем сейчас не помешало бы выпить, Зануда", - сказал ему Джейк.
Выбранный напиток оказался действительно очень приятным. Нердли достал бутылку односолодового скотча Macallan из прекрасной и редкой коллекции этой очень впечатляющей линейки. Бутылка, которую он держал, была с янтарной жидкостью двадцатипятилетней выдержки. Джейк, любитель элитных напитков, знал, что бутылка должна была стоить по меньшей мере двести долларов.
"Мило, Зануда", - сказал ему Джейк. "Очень мило".
"Я собирался выпить немного поповской водки, которую я пью со своим "Спрайтом", - сказал Нерли, - но рабби Левенштейн уговорил меня на это".
"Ты хороший человек, рабби", - сказал ему отец Нердли. "Очень хороший человек".
Нерли взломал печать и налил каждому из них драгоценной жидкости примерно на дюйм в хрустальные бокалы, на которых были написаны их имена и дата мероприятия. Джейк долго нюхал его, смакуя насыщенный аромат. Мэтт поднес свой к губам, готовясь проглотить.
"Пока нет", - остановил его Левенштейн. "Мы не пьем, пока не будет прочитана и подписана кетува".
Мэтт медленно оторвал стакан от губ. "Какой отрыв", - кисло сказал он.
"Должны ли мы?" Спросил Левенштейн.
"Давай сделаем это", - сказал Нердли, сделав несколько глубоких вдохов.
Они вышли в главный зал для приемов и собрались вокруг подиума, на котором сидела кетувах. Левенштейн подошел к трибуне и обратился к гостям, объяснив, что такое кетува, что она обозначает и в чем историческое значение этого документа. Затем он произнес несколько благословений, короткую молитву и пригласил Нердли занять трибуну вместо него.
Нерли сделал это, двигаясь вверх. Джейк подошел вместе с ним и мельком увидел кетуву. Хотя традиционно оно было написано на иврите, это было на английском, выведенное темным каллиграфическим почерком. Он знал, что Нердли изучал иврит как часть процесса обращения, но, похоже, он хотел, чтобы кетува, которая будет вставлена в рамку и повешена на стену в их доме, была понятна всем, кто ее увидит.
Нерли выступил с краткой речью перед аудиторией, поблагодарив всех за то, что пришли, поблагодарил своих родителей и родителей Шарон, раввина и особенно саму Шарон, которой в тот момент даже не было в комнате.
"Не мог бы ты, блядь, просто подписать это дерьмо, чтобы я мог выпить этот самогон?" Джейк услышал, как Мэтт пробормотал что-то в какой-то момент.