Все пожелали Алисии доброго утра, а затем все, кроме Лоры, включили кофеварку в углу комнаты, уничтожив первый кофейник Алисии. Она уже привыкла к этому и быстро занялась постройкой другого.
Они потратили около тридцати минут на то, чтобы выпить кофе и обсудить план на день. План был не таким уж сложным: они собирались продолжить запись басовых и ударных треков для игры в эти Игры. Никто не был настолько наивен, чтобы думать, что они закончат их сегодня, не с Нердли во главе.
Как только кофе был готов, все достали свои инструменты и наушники из кладовки в задней части студии. Джейк работал над этим альбомом с гитарой Brogan drop-D, настроенной на гитару. Селия вообще не играла ни на какой гитаре на этом треке, поскольку не было необходимости в ритм-треке. Лора тоже не участвовала в записи — по правде говоря, у нее вообще не было причин участвовать, пока они только записывали ритм-треки, даже когда они перешли к фрагментам, в которых действительно присутствовал саксофон, — но Джейк и Селия приняли решение держать ее в студии с ними на всех сессиях, как для того, чтобы она могла изучить процесс записи, так и для того, чтобы они могли поддерживать с ней дух товарищества. Правда, это решение стоило им денег, но какого черта? Это были всего лишь деньги. Не то чтобы Полин, Джилл и Грег — финансовые нацисты, которые придирались к каждому расходу, — на самом деле знали, что Лора на самом деле не нужна.
В центре основной студийной комнаты была установлена ударная установка Теда с шестью микрофонами, расположенными в стратегически важных местах. Два висели над головой и были кропотливо установлены Нердли в течение почти двух часов в их первый день. На басовом барабане имелись ударные микрофоны, по одному на каждой из ловушек и еще один на барабане тома. Все они были подключены к звуковой плате, а затем и к самому рекордеру. Барабаны были единственным инструментом, который действительно был слышен в студии на этой сессии, поскольку было практически невозможно играть на перкуссии беззвучно. Все остальные инструменты были бы слышны только в наушниках, чтобы избежать попадания их звука в барабанные микрофоны.
Далеко позади Теда, но в пределах прямой видимости от него, сидел Бен, который сидел в студийном кресле. Его бас-гитара лежала у него на коленях, выход из нее также был записан. Для этого требовалось, чтобы его усилитель был помещен в одну из изолированных комнат, а затем оттуда подавался микрофонный сигнал, причем выходной сигнал проходил через звуковую панель в наушники. Решение записать бас и барабаны вместе было принято только после очередных мучительно долгих технических дебатов между Nerdlys относительно преимуществ и недостатков использования ритм-инструментов по отдельности или вместе. Выполнение их вместе означало, что всякий раз, когда кто-то из них облажался или просто играл не так, как хотелось the Nerdlys, процесс нужно было останавливать и перезапускать. Выполнение их по отдельности заняло бы больше времени, но означало бы, что остановка потребовалась бы только из-за несовершенства записываемого инструмента.
Джейк был чуть левее Бена, его "Броган" был подключен к набору педалей эффектов и усилителю, который был заперт в изоляционном ящике с пенопластовой изоляцией и микрофоном внутри. Он не записывался, но Бену и Теду обоим нужно было слушать его записи, чтобы оставаться настроенными на то, что они делали. Он подыгрывал мелодии, но если он облажался, мелодия звучала до тех пор, пока его ошибка не привела к тому, что Бен или Тед облажались по очереди.
Синди была в задней части студии. Поскольку ее электронное пианино было цифровым, было легко подключить ее к деке и не допустить, чтобы звук ее инструмента проникал в комнату и мешал микрофонам ударных. Из всех музыкантов в комнате ей было труднее всего приспособиться к этому методу игры. Она никогда раньше не записывалась, и слушать музыку, доносящуюся через наушники, вместо того чтобы просто слышать ее по воздуху, было для нее чуждо и отвлекало. Вот почему они начали с игры в эти игры. Ее роль в мелодии была минимальной. Она сыграла вступительную мелодию во время первого куплета, а затем осталось всего несколько исполнительских партий, как только Джейк вступил со своей гитарой и темп ускорился. Была надежда, что это поможет ей привыкнуть к процессу.
Селию закрыли в другой изолированной комнате. Она слышала звук всех других инструментов в своих наушниках и пела текст песни в свой микрофон. Опять же, в данный момент она не записывалась, была там только для того, чтобы исполнить свою часть песни и сохранить ритм-секцию неизменной.