“Мы не дергаем вашу цепь”, - запротестовал Дулитл. “Я просто выражаю нашу озабоченность по поводу передачи рекламных аспектов релизов в руки людей, которые на самом деле не знают, что они делают. Это действительно беспрецедентно”.
“Все беспрецедентно, пока кто-то не появится и не создаст прецедент, верно?”
“Э-э... ну ... Я полагаю, ” сказал Дулитл. “В любом случае, наш отдел промоушена обладает в общей сложности более чем трехсотлетним опытом, определяющим, как и когда должны быть выпущены песни. Мы действительно считаем, что эти решения должны быть в их руках, а не в руках пары музыкантов, которые понятия не имеют о приливах и отливах, а также о тонкостях продвижения музыки”.
“Приливы и отливы, взлеты и падения - это вроде как одно и то же, не так ли?” Спросил Оби.
“Э-э...”
“Но это ни к чему, ” продолжил он. “Я чертовски хорошо узнал Джейка за последний год. Кажется, у него все в порядке со мной, и он, кажется, знает, о чем говорит, когда дело доходит до продвижения по службе. Я доверяю этому человеку эту штуку, иначе я бы не согласился на это в моем контракте с ним ”.
“Джейк ведет большую игру, и он может звучать очень убедительно, - сказал Дулитл, - но...
“Здесь нет никаких гребаных "но", ” сказал ему Оби. “У меня контракт с KVA Records, в котором говорится, что Джейк и Селия будут определять продвижение. Я должен разрешить это, иначе я нарушаю контракт с ними и подвергаю риску свои гонорары в этой сделке. Мы не потерпим этого дерьма, Дулиттл. Если вы хотите, чтобы я подписал, тогда лучше, чтобы там были те пункты, связанные с тем, что Джейк и Селия отвечают за продвижение. Вы со мной, или мне пойти в Aristocrat и посмотреть, готовы ли они сыграть в мяч? Я пожертвую теми дополнительными двумя процентами, которые вы мне предложили, чтобы сохранить в силе условия о повышении. Это не какое-то там дерьмо”.
Еще один вздох. “Мы с вами”, - сказал Дулитл. “Мы просто надеялись, что проявится хоть капля здравого смысла”.
“Я отчасти надеюсь на то же самое”, - сказал Оби. “Когда мы сможем подписать контракт?”
“Я распечатаю все документы и подготовлю их к окончательному рассмотрению и подписям завтра утром, около девяти”.
“Лучше сделать это ближе к полудню”, - сказал ему Оби. “Девять - это немного рано для таких, как я”.
“Уже полдень”, - сказал Дулитл. “Ты расскажешь об этом Полин?”
“Обязательно”, - пообещал Оби. “Я скажу ей, как только закончу разговор с тобой”.
“Очень хорошо”, - сказал Дулитл. “Увидимся завтра в полдень”.
“С нетерпением жду этого”, - ответил Оби. Он повесил трубку с улыбкой на лице.
Он повернулся налево, где Полин лежала на спине в кровати, простыни были спущены, ее соблазнительные груди выставлены напоказ.
“Дулитл говорит, что у нас контракт”, - сказал он ей.
“Очень мило”, - ответила она. “Завтра в полдень?”
“Завтра в полдень”, - подтвердил он, протягивая руку, чтобы положить ее на правую грудь. Он начал играть с ней. “Готова сделать еще одну попытку, дорогая?”
“Так скоро?” спросила она с улыбкой. “Я думала, вам, старикам, нужно пару дней, чтобы восстановить силы”.
“Старая?” рявкнул он. “Мне сорок семь, милая, всего на десять лет старше тебя”.
“Она все еще чертовски старая”, - сказала она ему. “Ты уверен, что сможешь ее поднять?”
“Испытай меня, дорогая”, - бросил он вызов.
“Хорошо”, - сказала она, натягивая покрывало до конца. “Давай посмотрим, что ты можешь здесь сделать”.
“Итак, вот в чем дело”, - сказал Оби Джейку, Селии, Грегу и чете Нердли, когда на следующее утро они завтракали перед встречей в ресторане Brick Town. “National получает тридцать пять процентов лицензионных платежей по сделке, которые составят из сорока процентов, которые я получаю от вас всех”.
“Ты назвал это, Оби”, - сказал впечатленный Джейк. “Это именно то, что ты предсказывал, что получишь”.