Затем он воспользовался своим пультом дистанционного управления, чтобы переключиться на компакт-диск Вальдеса. Он пропустил The Struggle, первую запись альбома, но внимательно прослушал все остальное. Три песни он прослушал дважды: Playing Those Games, Why? и Done With You. Он многое открыл для себя, пока слушал. Во-первых, не только Фил трахался с кем попало, и Полин подпевала Вальдесу, но и Кингсли записал несколько куплетов. Джейк играл на всех электрогитарах, которые можно было услышать на альбоме, и его можно было услышать здесь и там, добавляя немного акустических наложений. И теперь, когда он услышал акустическую игру Селии Вальдес, достойную целого альбома (включая потрясающую мелодию, подобранную пальцами, на Why?) теперь он знал, кто был таинственным вторым гитаристом на альбоме Джейка. Это была сама гребаная Вальдес.
Однако, пожалуй, самой поразительной вещью, которую он услышал на обоих альбомах, была их инженерная проработка. Оба были полны наложений и двойного сопровождения вокала и инструментов в каждой записи. Но то, как это было сделано, никто, кроме профессионального музыканта или звукорежиссера, даже не заметил бы. Это был признак the Nerdlys в действии.
“Эти придурки действительно умеют смешивать”, - пробормотал он себе под нос, наливая огромную порцию напитка, как только закончилась последняя песня.
Он сидел в тихой комнате развлечений, потягивая вино и обдумывая то, что только что услышал.
Кингсли, Вальдес и the Nerdlys основали свой собственный независимый лейбл. Он обратил внимание на логотип KVA Records, и ему не составило труда догадаться, что означают эти инициалы. Очевидно, что они работали с ограниченным бюджетом на свое продюсирование, поскольку были вынуждены использовать одних и тех же музыкантов для обоих альбомов. Музыкантами, о которых шла речь, были матери Кингсли и Нердли — которые, несомненно, не брали много, если вообще что—либо брали за свои услуги, - и ритм-гитаристы, о которых Мэтт никогда не слышал, несмотря на то, что он прослушал десятки студийных басистов и барабанщиков для своего первого альбома. Где они откопали этих людей? Они ни в коем случае не были хакерами, так откуда же они взялись?
Оба альбома были спроектированы the Nerdlys и записаны на студии Blake Studios в Орегоне. Мэтт, конечно, не был фанатом кантри-музыки, но он был профессиональным музыкантом, и он знал, кто такой Орен Блейк II, и знал, что он владел Blake Studios, которая была самой передовой студией звукозаписи в Соединенных Штатах, и Blake Family Records, самым успешным независимым кантри-лейблом во всем гребаном мире. Вальдесу и Кингсли разрешили записываться в помещении, которое традиционно было студией кантри-музыки, принадлежащей и управляемой печально известным OB2. Как они провернули это дерьмо?
Благодаря сочетанию продвинутой студии, талантов Кингсли и Вальдеса (Мэтт был вынужден признаться себе по поводу трех песен в Борьбе, что Вальдес на самом деле довольно талантлив и как гитарист, и как вокалист), а также инженерного мастерства и микширования The Nerdlys, они выпустили два альбома, которые должны были разойтись большим тиражом и получить много эфиров.
Да, они были распроданы. Но они собирались стать богатыми распродажами, не так ли?
Он вздохнул, сделал еще глоток и затем закурил сигарету.
Самым загадочным во всей этой сделке была игра на гитаре. Кингсли играл на соло-гитаре на всех записях Вальдеса, а также на своих собственных. Вальдес играл на бэк-гитаре, как акустической, так и электрической, во многих записях Кингсли. Однако ни одному из них не было отдано должное за это ни на одном из альбомов. Кингсли вообще не записал ни одного настоящего гитарного соло, за исключением хорошо сделанной пьесы, которую он сыграл на Playing Those Games - то, за что он не получил бы похвалы.
Каково было обоснование этого?
И почему никто не обратил внимания на тот факт, что на обоих альбомах были записаны одни и те же музыканты, продюсеры и инженеры?
“А теперь самый важный вопрос”, - сказал Мэтт самому себе, затянувшись сигаретой. “Почему мне не наплевать на все это дерьмо?”
Он не знал. Но после того, как он докурил, он решил сделать несколько бонгитов. Как только он почувствовал себя хорошо так, как может чувствовать себя только хорошая трава, он воспользовался своим пультом дистанционного управления, чтобы снова включить альбом Кингсли.
Он прослушал его от начала до конца еще раз, записал еще несколько хитов, а затем снова сыграл альбом Вальдеса.
Затем его мысли обратились к его собственной музыке. Он начал представлять, где и как он мог бы использовать эти наложения в своей собственной работе и как небольшая инженерия, в конце концов, может оказаться не такой уж ужасной вещью.