Схватив кувалду немеющими от тяжести руками, я вынесла ее наружу, подошла к кирпичной стене.
– Хорошо, – одобрил голос Владимира.
И чего это он комментирует? Как будто я какой-то театральный актер, а он зритель, честное слово! Вот выберусь – такую трепку ему задам, будь здоров! И, если понадобится – то этой самой кувалдой!
Ярость и решимость добавили мне сил, и я, представляя, что стена – это Владимир, со всего маха ударила по кирпичной стене. Кирпичи взорвались мелкой крошкой, и в небольшом отверстии в кирпичной стене я увидела еще одну стену.
Телепат разразился наглым смехом.
Ну уж нет! Я просто так не сдамся!
И я начала колотить эту стену, как сумасшедшая. Кувалда все норовила выскочить из моих слабых рук, но я не сдавалась и вцепилась в нее мертвой хваткой.
Но за второй стеной следовала третья. Владимир прямо-таки обхохатывался где-то там.
Тяжело дыша, отпустила кувалду обессиленными и дрожащими руками. Посмотрела на ладони: красные и истертые. Кожу неприятно пощипывало.
Усталость прочистила мне мой мозг, и в голову пришла очевидная мысль: в виртуальном мире ведь невозможно устать физически! И больно не должно быть. Я ошиблась в первый раз, испугавшись того, что он сделает мне больно. И с того момента я повторяла ошибку за ошибкой, доведя себя до состояния бессилия и отчаяния. И действительно поверила, словно это – реальность.
Ну уж нет! Все-таки это мой мир!
Когда я подумала об этом, усталость стала проходить. Вместе с ней прекратилось пощипывание в ладонях, и руки снова стали меня слушаться. И мне в голову ничего лучше не пришло, как размахнуться и ударить по стене своим маленьким кулачком.
Хотя какой там – маленьким, да удаленьким!
От такого мощного удара в стороны разлетелись кирпичи аж с пятой, шестой, седьмой и даже восьмой слоев!
А за ними снова была пустота.
Я бесстрашно пробралась по созданному мной отверстию до самого края мира и, помедлив секунду, шагнула во тьму.
Кто из нас Пушкин?
Сейчас я даже не думала: выпустит ли он меня отсюда или нет? Я просто шла к своей цели. И, шагнув в пустоту, мгновенно очутилась прямо перед Телепатом.
Он висел там же, в воздухе, удивленный и даже немного испуганный. Это прибавило мне решимости и я, смело указав на него пальцем, воскликнула:
– А вот теперь устроим честную дуэль!
Кажется, его это поставило на место, и он сдался, подняв руки:
– Хорошо-хорошо…
Так, выбралась, и что теперь? Подходить к нему близко я больше не собираюсь. Мало ли, что в голову ему еще взбредет? Если выберусь отсюда, я вообще всегда его опасаться теперь буду.
Мне нужно быть готовой к любой подлости.
Владимир, словно в ответ, зло мелькнул глазами и еле-заметно хитро улыбнулся.
– Тогда давай так, – сказал он, сделав честное лицо. – Немного подкорректируем правила: проигравший теряет свою телепатическую способность. Идет?
Ну очевидно же, что что-то задумал! Хитрюга! Обманщик! Но что делать? Обвинять его в том, чего я не знаю? Неразумно. Еще рассердится и выйдет из себя – этого мне точно не надо! Попробуй его успокой потом…
А если я выиграю? Разве он даст добровольно лишить себя телепатии? Тоже сомневаюсь.
Но делать нечего. Лучшее, что я сейчас могу – согласиться и самой честно играть по правилам.
Владимир весело на меня посмотрел:
– В качестве жеста доброй воли, я разрешаю тебе выбрать, какой будет дуэль.
И игриво подмигнул.
Какое высокомерие!..
Нет, Аня, не показывай свои эмоции…
– Хорошо, – сказала я, словно не замечая никакого подвоха (да что там, я его действительно не замечала!). – Раз мы договорились, что решаю я, то я выбираю… Настольный теннис!
Владимир двинул бровью в знак своего глубочайшего удивления.
– Интересный выбор, – произнес он.
К счастью, он согласился. Уж в чем, но в этом я была профессионалом! С пятнадцати лет я начала играть в большой теннис, а потом незаметно перебралась на настольный. Мы с Костей играли буквально днями, пока не произошла та авария, и после времени на игры мы почти не находили. Вряд ли я сейчас была в форме в реальности, но здесь – моя реальность, и значит победа будет на моей стороне!