— …Я проследил за ним, — скрипнув зубами продолжил Игорь, — до местного филиала Ордена.
— И я вошел туда?
— Да. Он вошел туда.
— И как? Перелетев через стену? Или вырыв подкоп?
— Нет. Ты снял с шеи амулет, показал его охраннику и тебя впустили в дверь.
— Ты этот амулет имеешь в виду? — Консул сдернул с шеи толстый медный кружок, с крупную монету диаметром, и показал всем. — Это амулет Тора, моего покровителя. Когда я был рожден в своих благословенных северных фиордах, мой отец, да будет он счастлив любовью среброволосых валькирий, надел мне го на шею. Такой есть у многих рабов-северян, ибо Тор — почитаемый нами Бог! Не так ли?
— Так! Так! — послышалось со стороны северян.
— Хочешь посмотреть его? Возьми, — консул сошел с помоста и передал свой амулет Руфусу.
— Вот видишь, ты совсем изоврался, раб! А раз так, раз я разрешил все ваши сомнения братья, пришло время казни.
В сердцах Игорь выматерился и бросил амулет в Консула. Тот со смешком увернулся и подал знак своим охранникам. Амулет же с тихим звоном упал на землю.
Секрет создания механики двойных медальонов хранился Орденом Единого многие века. Людей, знавших даже не устройство, а как пользоваться знаком, в живых было строго по количеству амулетов, а уж умеющих их создавать не больше десятка. Прислуживали им немые рабы, которых в конце концов умерщвляли прямо на заднем дворе мастерской, чтобы даже тень тайны не вышла в мир. Этот амулет верой и правдой служил многим поколениям агентов Ордена, но даже камни со временем превращаются в песок. Сточенные от долгого использования петельки и запорный механизм не выдержал такого надругательства. Потайная крышка, расположенная на реверсе фальшивого амулета Тора, отлетела от удара о камень, открыв всем желающим свое тщательно скрываемое содержимое.
Вписанный в треугольник глаз. Зрак Единого! Эмблема Ордена Единого, ночной кошмар врагов Веры, Цезаря и Рима. А судя по тому, что изображение было выложено из мельчайших драгоценных и полудрагоценных камней, а Око было из настоящего рубина, обладатель амулета был агентом высокого ранга.
Все гладиаторы в шоке замолчали. Третий поручитель Руфуса медленно опустился на корточки, поднял с земли амулет, неверяще посмотрел на реверс амулета, после чего поднял голову и в упор посмотрел на предводителя.
— Консул. Что это? — после чего поручитель встал, подошел и потряс амулетом перед носом у предводителя гладиаторов.
В принципе, у того оставались еще отличные шансы оправдаться. Гораздо большие, чем, к примеру, у Руфуса. Но консул неожиданно выбрал другой путь. С тусклым бликом от свечей тихо шелестнула полоса металла и третий поручитель росса, которому так нравились шутки на религиозные темы, медленно завалился на спину с ножом в глазнице.
— Бей! — придя в себя закричала оторопевшая толпа. Охранники консула, вооруженные поясными мечами и мастерски ими владеющие, успели убить и тяжело ранить около десятка безоружных гладиаторов, прежде чем их банально завалили телами и забили насмерть. Отбивавшийся вторым метательным ножом консул был озверевшими гладиаторами разорван на куски.
— Тихо! — прокричал вставший с колен Игорь. — Тише! А то появятся охранники.
— Сам молчи! Мы еще не закончили тебя судить, предатель! — прокричал кто-то.
Разгоряченная смертями и убийствами толпа медленно развернулась в сторону Руфуса. Оправдываться пришлось очень спокойно, но быстро, чтобы через пару мгновений к валяющимся на земле кускам агента ордена не присоединились куски землянина.
— За что вы меня судите?
— Как за что? Ты обманом…
— Каким обманом?
— Как каким? Ты же сказал, что Орден знает про консула!
— А разве это не так? — весело и громко переспросил Игорь.
Толпа замолкла. Руфус был прав. Орден действительно знал про консула, ведь он был их агентом.
— Но ты не знал…
— Я не знал точно. Но подозревал, — немного неправды сейчас не повредит. Не говорить же им, что он действительно спасал свою шкуру, и только благодаря счастливому стечению обстоятельств разоблачил агента Ордена. — Но вы не о том думаете.
— А о чем?
— Во-первых развяжите меня.
— Развяжите, — приказал один из старших братьев.
Размяв затекшие ноги Игорь подошел к возвышению и начал говорить.
— Мы в полной жопе, братья. Убив агента ордена, мы подписали себе один смертный приговор. Второй мы подписали себе, увидев что на самом деле представляют из себя амулеты.
— И что ты предлагаешь? — послышались возгласы из толпы.
— Мы должны восстать сейчас!
— Невозможно!
— Еще не время!
— Не готово оружие!
— Рабы еще помнят наказания за прошлое восстание! Они боятся!
— Планировали же через десять лет!
Последняя реплика как громом поразила Игоря. Последний кусочек мозаики встал на свое место и перед его мысленным взором возникла невероятная картина. Он не поверил. Но все сходилось.
— Не может быть, — в ошеломлении Игорь сел на бревна. — Не может быть… Столько лет… — шептал он, после чего дико засмеялся.
Ржал Руфус долго. Толпа гладиаторов успела удивленно замолчать и снова начать волноваться, а Игорь все смеялся. Раскаты хохота эхом отражались от стен школы, будили гладиаторов и надсмотрщиков, пока Алларик не наклонился к катающемуся по земле другу и не отвесил тому пару крепких затрещин.
— Все, хватит. Хватит. — отбивался Руфус. После чего поднялся, отряхнул одежду и опять залез на бревна. — Думаете я сошел с ума? Ща вы тоже сойдете. Можете мне не верить, но все один к одному. Глядите. Все восстания рабов, подчеркиваю, все восстания, одинаковы. Раз в двадцать лет. Начинаются гладиаторами, потом к ним со всех концов Империи примыкает толпа беглых рабов и черни. Месяцы, полгода, год эта банда грабит провинцию, после чего восставших разбивают и развешивают как фрукты на деревья. Так?
— Да. Все так. И что тут такого?
— Неужели вы не видите? Все, все, все. Все! Все!!! Восстания спланированы самими властями!!!
Толпа молчала. Толпа переваривала невероятную мысль.
— Это бред!
— Ты сошел с ума!
— Не может быть!
— За чем им это надо?
— Не может быть? — Руфус почти кричал. — Кретины! Идиоты! Не верят они! Да подумайте наконец! Почему восстания длятся так долго?
— Ну войск нет.
— Рабов много восстает.
— Вы что, смеетесь. Спросите у Пилуса, когда он придет в себя, за какой срок по отличным именно на такой случай дорогам пеший легион пройдет всю Империю с запада на восток? Пять-семь десятков дней! Всю империю! С осадными машинами и полевыми туалетами. А если марш скорый? А если легион конный?
— Ну это похоже на…
— Так ведь это всю Империю. А перебросить легион — другой с границы займет пол месяца максимум! И все! Конец восстанию.
— Но этого не случалось…
— Но этого не случалось! Вот именно! Неужели вы считаете Цезаря и его легатов и консулов такими идиотами, что они не догадаются так сделать?
— Но не догадались же ни разу…
— А значит это то, что им это не надо! Это вам первое доказательство. Второе. Не задумывались, почему рабы стекаются со всей Империи?
— А что тут такого?
— А то, что только полный м…к может допустить усиления войска восставших! И хотя среди патрициев таких полно, но правят все же другие. Чего стоит поставить по границам восставшей провинции посты, которые не пропускали бы никого?
Гладиаторы задумались. Действительно, почему?
— Третье. Никто не обратил внимание, что только одна провинция восстает единовременно? Что стоит восстать сразу нескольким, а не тащится через пол Империи? Это и удобно, и разбить сложнее…
На лицах многих гладиаторов появились первые сомнения.
— И почему?
— Потому что они собирают со всех концов Империи тех, кто готов бунтовать! Кто готов — идут, кто нет — остается на месте! Собирают отребье, очищая города от человеческого мусора. Потому что вам разрешают разорить только одну, причем строго определенную.