— Что, например?
— Ну, хотя бы происхождение вот этого пятна на обшлаге вашей рубашки, которое вы так старательно прячете.
Валерий автоматически, сам того не заметив, повернул руку, прижав злополучное пятно к столу.
— Видите? Вот то-то.
Но Валерий не сдавался:
— Происхождение этого пятна самое банальное. Открывал банку с консервами и порезал руку. Вот посмотрите, — он положил левую руку на стол. Между большим и указательным пальцами действительно красным рубцом выступал порез.
— Что ж, возможен и такой случай, — согласился Дедковский. — Необходимо только все тщательно проверить, все исследовать. Вам придется подождать в соседней комнате.
— Подождать — подождем. Но если мы не уедем сегодня, повезете нас в Москву на казенный счет. На билеты мы потратили все, что у нас было.
Это сказала Людмила. И сказала спокойно. Пример Валерия, который держался так уверенно, подействовал и на нее.
Агапов, читавший какие-то бумаги, поднял голову.
— А я все меньше сомневаюсь в возможности вашей поездки на казенный счет.
Когда Людмила и Валерий вышли, Дедковский сказал Агапову:
— Знаешь... мне кажется, что это не те, кого мы ищем. Если даже группа крови совпадет... Все равно не те.
— На чем же основывается эта ваша убежденность? — удивился Агапов.
— Видели мы с тобой убийц, и не раз. Эти не похожи.
— А вы не исключаете, что все это тщательно продумано и прорепетировано? Бывали ведь и такие случаи, верно? Не забывайте обстоятельства ограбления. Похищены деньги, золотые вещи, несколько платьев, отрезов, шуба. Деньги и ценности хранились в ящике серванта, который запирался на ключ. Шуба, отрезы, платья — во встроенном шкафу в передней, который тоже всегда был заперт. А ключи и от того, и от другого лежали в среднем ящике письменного стола, под бумагами. Об этом было известно лишь членам семьи. И возможно, кому-то из близких людей. Кто же эти близкие? Других, кроме Людмилы, нет.
— Ну, она тоже не настолько уж близкая, чтобы знать подобные детали. Приезжала к Чернецовым довольно редко. Нет, кажется, мы с тобой не на той дорожке. Но проверить мы должны все, все до последней мелочи. И поэтому сделаем так: исследование пятна на рубашке — по моей части. А ты... Ты вместе с молодыми людьми поезжай в общежитие технологического института, где они остановились. Тщательнейшим образом осмотри их вещи.
— Уверен, кое-что мы там найдем, — живо откликнулся Агапов.
В вещах студентов ничего из чернецовских вещей обнаружить не удалось. Группа крови на рубашке Валерия, однако, была такой же, как и убитого. Едва Дедковский и Агапов успели обменяться этими сведениями, как раздался телефонный звонок. Полковник приказывал им завтра утром прибыть в Москву.
Выехали в ту же ночь. Чтобы скоротать время в дороге, Дедковский расспрашивал Валерия и Людмилу о том, что удалось посмотреть в Ленинграде, в каких театрах побывать, что особенно понравилось. Потом опять вернулся к трагедии в Ключевом.
— Расскажите-ка все еще раз, только подробнее.
— А что рассказывать? — ответил Валерий. — Ведь вы обо всем уже выспросили. Были мы в квартире недолго, сварили сардельки. Витя их в холодильнике разыскал. Съели, выпили по чашке кофе и поехали.
Людмила добавила:
— Витя провожал нас. Все про пистолет напоминал. Даже когда прощались на лестничной площадке. Паренек, что к нему пришел, в квартиру его тянет: пора, дескать, уроки делать, а Витя все твердит: «Тетя Люда, не забудьте, о чем я просил».
Агапов в разговоре не участвовал. Перед отъездом в Москву он настаивал, чтобы Дедковский получил у полковника разрешение оставить его, Агапова, в Ленинграде для розыска вещей. Однако было приказано выехать немедленно всем вместе.
...Начальник МУРа терпеливо выслушал вначале Дедковского, затем Агапова и, обращаясь к обоим сразу, сказал:
— Значит, в выводах категорически разошлись?
— Как видите, — пожал плечами Агапов. — Товарищ Дедковский очень уж полагается на свою интуицию. Она у него, конечно, проверенная, не спорю, но, как говорится, на бога надейся, а сам не плошай. Группа крови, как известно, доказательство не последнее.
Дедковский устало посмотрел на своего беспокойного помощника:
— Что верно, то верно. Но, насколько я помню, у тебя тоже третья группа.
— Третья, — неуверенно подтвердил Агапов.
— Вот с таким же основанием и тебя можно заподозрить.
— При условии, если я был вхож в их квартиру, если был в ней в промежуток времени, в который произошло убийство...
— А где ваши подопечные? — прервал их спор полковник.