- Homo homini lupus est*, – пожал плечами Шведов. – Человек человеку волк. Люди по природе своей эгоистичны, поэтому не стоит так рьяно заступаться за кого-то, если не уверен в нем.
- Владислав Дмитриевич, неподписание контракта как-то связано с этой служебкой?
- А вы как думаете? – Снова перешел на деловой тон. Значит, эмоции уже немного улеглись, или он так умело контролировал себя. – Возьмите документы и давайте еще раз пройдемся по деталям контракта.
Тате еще не приходилось работать со Шведовым наедине. За закрытыми дверями его кабинета. Напротив друг друга. Было очень волнительно. Тата очень боялась вызвать новую порцию гнева какой-то неуместной репликой или возможно закравшейся где-то ошибкой. Но, несмотря на то что начальник обладал крутым нравом, все же инцидент с Привольновым открыл еще одну новую сторону его личности – острое чувство справедливости. А ведь мог бы спокойно подписать поданную служебку на внеочередную премию, как это делали многие руководители – Тата видела такое не раз на предыдущем месте работы. Но все же не поленился уточнить, прежде чем принять решение. Поступок, достойный уважения.
Все время размышляя об этом, Тата не могла перестать украдкой наблюдать из-под ресниц за погруженным в изучение контракта начальником. Сосредоточенный – вон как брови нахмурил. Барабанил пальцем по столу. Иногда останавливался и о чем-то задумывался – и Тата сразу же опускала глаза, чтобы не оказаться застигнутой за столь непозволительным действием, как подглядывание, – а потом снова возвращался к бумагам.
Несколько уточняющих вопросов – и заветные подписи красовались на контракте, завершая долгий процесс работы над контрактом с юридической стороны.
- Отличная работа, - улыбнулся ей Шведов, передавая непосредственно в руки все бумаги.
А Тата немного смутилась, чувствуя, как по щекам растекался жгучий румянец. Смутилась от нежданной похвалы и от его улыбки, оказавшейся такой притягательной. И нужно было признаться, что с таким Шведовым работать было бы куда приятнее.
Прим. *Homo homini lupus est (лат.) – Человек человеку волк. Плавт, «Ослы».
Глава 12
Глава 12
Похоже, Шведов, действительно, считал тождественной должность секретаря и личного помощника руководителя, иначе чем еще можно было объяснить постоянные поручения. Тата буквально дневала в его кабинете. Первые две недели можно было охарактеризовать маленькой репетицией того, что предстояло ей в оставшиеся две.
Каждый день утром и вечером он надиктовывал расписание своих встреч и переговоров, вносил изменения в уже запланированных мероприятиях, сверялся с графиком фирмы, не обходя стороной и личные мероприятия. Теперь Тата знала о нем едва ли не все. Кроме аспектов личной жизни. Хотя с таким графиком оставалось ли у него на это время?
На еженедельных оперативках начальников отделов, которые Шведов проводил по понедельникам утром, теперь должна была присутствовать и Тата. И отнюдь не как секретарь, роль которого была вести протокол, а как полноценный участник, к удивлению ее самой и всех остальных. Но задавать вопросы по этому поводу не стал никто, так как слово руководителя управления не обсуждалось – так сказать, ему виднее.
Каждый рабочий день заканчивался одинаково: Тата провожала взглядом сотрудников офиса, уходивших домой, шла в свой кабинет продолжать трудиться над документами, которые требовалось разобрать и отработать, чтобы не надорваться потом от скопившегося объема работы. Иногда задерживалась допоздна, но в последние дни силы покидали раньше – все-таки привыкнуть к такому нещадному графику ей было не под силу. И как только Шведов выдерживал такой ритм?
- Татик, привет! – родной голос Виолы в конце тяжелого рабочего дня бальзамом по оголенным нервам. – Не отвлекаю?
- Нет, что ты! Очень рада тебя услышать.
Тата еще не успела покинуть офис, вновь потеряв счет времени за работой. Да, часы показывали почти девять вечера – досиделась, называлось. А сегодня она даже без машины. Сверившись еще раз с часами, прикинула, что вполне успеет и на метро добраться до дома, если поторопиться.
- Да? А по голосу и не скажешь, – усмехнулась подружка. – Пропала совсем.
- Клятвенно обещаю, что в субботу приеду к вам. Я помню про вашу годовщину.
Из трубки донесся тихий непринужденный смех. Виола единственная из их неразлучного женского трио успела выскочить замуж, пусть и вопреки воле родителей, но Тата с Ланой, как верные подруги, приложили немало усилий, чтобы Максим стал любимым зятем. Они все стали одной большой семьей. И Тате, оставшейся в последнее время без прямой родительской заботы, было невероятно приятно и важно, что она стала частью семей своих невероятных и любимых подруг. Особенно близки ей стали родители Ланы, которые в долгом отсутствии родителей рядом, заменяли их, совершенно искренне заботились о ней, как о еще одном своем ребенке.