Последние два дня выдались очень тяжелыми. Бесконечные поиски денег на операцию мамы, которой внезапно стало хуже. Передача закупленного медицинского оборудования детскому центру, и в довершении ко всему происшествие на стройке. Тата никак не могла успокоиться, вспоминая тот вечер.
Обычное мероприятие – посещение детского центра помощи тяжело больным детям. Все основные мероприятия были оформлены и закончены несколькими днями ранее. От нее же требовалось просто поприсутствовать в день передачи. На вежливую просьбу главного врача познакомиться с работой центра Тата не смогла отказать. Она не очень любила подобную часть работы – слишком эмоционально реагировала на страдания детей. В стенах центра особенно остро ощущалось гнетущее чувство безысходности. После каждого общения с пациентами Тата еще долго приходила в себя, но разве можно забыть искренность и волю к жизни в детских глазах? Маленькие люди, которые еще не знали, что такое смерть, отважно и мужественно ей противостояли. И только родители да медицинский персонал знали, каких неимоверных усилий им это стоило.
Макаров словно сторожевой пес, ни на шаг не отставал, держался рядом и никого кроме детей с мамами не подпускал. Тата не совсем понимала его мотивы: то ли охранял, то ли ревностно ограждал. Одно было очевидно – ей хотелось поскорее все завершить и отправиться в пустующую квартиру.
- Я отвезу вас домой, Татьяна, – не предложил, а оповестил Макаров, едва они вышли на улицу.
- Спасибо, на метро доберусь.
Перспектива провести с ним длительное время в тесном пространстве автомобильного салона в многочасовой пробке не прельщала. В стенах детского центра мужчина держался ровно, если даже не сухо. Не было привычного надоедливого флирта, которым сопровождалось каждое общение в офисе. Но прежний Макаров вернулся, стоило им завершить официальное мероприятие.
- Не по статусу метро сейчас, – фыркнул мужчина, распахивая перед ней дверь своего роскошного представительского авто. – Как-никак, почти начальник правового управления.
- Почти не считается, – раздраженно ответила она. – А чтобы обзавестись личным водителем в лице начальника по безопасности, сдается мне, нужно и вовсе пост генерального занять. Поезжайте, Артем Владимирович, нам с вами не по пути.
И гордо зашагала к ближайшей станции метро с огромным желанием поскорей добраться до постели. Отойдя на значительное расстояние от центра, Тата сбавила шаг. Вечер выдался неожиданно холодным, но спешить в душную подземку не хотелось. Лучше прогуляться и привести в порядок мысли.
Рядом затормозила машина. Дверь открылась, и послышался знакомый голос:
- Садись.
- Артем Владимирович, я что-то непонятно объяснила?
- Садись, говорю, – раздраженно перебил он. – У нас проблемы на строительной площадке.
- А без меня это не решится?
- Если бы Влад был в Москве, конечно, решилось бы. Но в его отсутствие выбора у тебя нет. Садись.
Тата сомневалась. Что такого могло случиться, чтобы всенепременно требовалось присутствовать ей – сотруднику юридической службы?
В сумке запиликал телефон. На другом конце линии сообщили о происшествии на стройке. Выбора у нее не оставалось. Пришлось сесть к Макарову в машину и отправиться вместе с ним.
Практически всю ночь проторчали они на площадке, но все происходившее мало запомнилось. Катастрофическая усталость. И апатия. Хорошо, что Макаров взял на себя все переговоры и объяснения и наверняка не один раз пожалел, что настоял на ее присутствии.
Когда горели сроки контрактов, Тата со всем справлялась. Когда пришлось вечерами корпеть над делами благотворительного общества, она и тут справлялась. Позабыв об отдыхе, о близких, но не подводя тех, кому нужна помощь. Только всему есть предел, и ее силам тоже. Обрушение строительных лесов и последовавший за этим пожар выбили из колеи. Тата впервые не знала, что ей делать.
На помощь пришел Макаров.
- Не бери все на себя — надорвешься. Звони Владу. Наверно, только ему сейчас по плечу разгрести все это…
Тяжело вздохнув, Тата все же с горечью поняла, Влад прав – такой масштаб проблем компании ей не по плечу.
Долго собиралась с мыслями, подбирала слова, но, едва услышала грозный голос, проблеяла что-то несуразное:
- Владислав Дмитриевич, у нас ЧП. Приезжайте, пожалуйста, я без вас никак.
«Я без вас никак». Господи, что она говорила? Что подумает Шведов? Еще решит, что она соскучилась и не знала под каким предлогом заставить его вернутся. Черт! Черт!