Осторожными движениями я начинаю намыливать ее тело. Чертовски сложно заставить себя не рассматривать точеные изгибы, но мне не остается ничего другого. Ей плохо, что я могу сделать? Я давно приручил своих демонов и понял, кто я есть. Я не буду за это извиняться.
— Почти готово, — бормочу я себе под нос и проскальзываю рукой между стройных бедер.
Мытье ее киски становится пыткой. Медленные движения моих пальцев невозможно остановить. Она была настолько влажной только один раз — когда я проверил ее во время наказания. Я почти трахнул ее тогда. Я хотел, но она получила бы от этого удовольствие. А моей миссией было причинить ей такое количество боли, сколько бы она смогла вынести. И я победил.
Вода омывает мою руку, когда пальцы скользят между губок, поглаживая по всей длине ее щель. Из Дианы вырывается стон, когда она пытается передвинуться на моих коленях. Я отстраняюсь, практически готовый заскрипеть зубами от желания в нее ворваться. Прямо здесь, в то время, как она страдает. Проклятие. Какой же я испорченный сукин сын.
— Не останавливайся. Пожалуйста.
Как бы мне этого не хотелось, но я знаю, что не могу ее взять. Не после того, что я натворил. Только не в том случае, когда я собираюсь позволить ей уйти. Все это сбивает меня с толку еще сильнее.
Я провожу пальцем по букве "м" на ее плече. Другая метка. Другой знак о принадлежности мне.
— Это должно закончиться, рабыня. Все это. У тебя есть работа, которую нужно сделать. Нужно привыкнуть к рутине. Или это еще больше усложнит процесс.
— Ох, — что — то непонятное появляется в выражении ее лица, искажая черты, но вдруг я понимаю, на что это похоже — грусть. — Больше ни единого разочка? — она закусывает губу, и я не могу поверить своим ушам. Как, после всего того, что я с ней сделал, она может хотеть меня?
— Ты уже достаточно сильно ранена, — я предельно краток, обрывая дальнейший разговор из — за агонии, которую ощущает мой член.
Диана ставит ноги на мраморную плитку и приподнимается на коленях.
— Я думаю, что ты просто должен быть очень нежным, да, Господин?
Соблазняя, слова слетают с ее губ, действуя, как самый сильный афродизиак, известный человечеству. Пальцами тяну Диану за волосы, разворачивая ее лицо к своему. Она смотрит затуманенным взглядом из — под полуприкрытых век, встречая мой взгляд.
— Если ты меня хочешь, то скажи мне. Открыто.
Никаких колебаний.
— Я хочу, чтобы ты трахнул мою киску. Очень медленно и очень страстно.
Я приподнимаю голову, когда слышу ее просьбу.
— Не секс. Скажи, что ты в действительности хочешь от меня, — мой пульс ускоряется, и я не могу этому помешать. Жар разливается по моей коже, в то время как настоящий Господин, тот, что живет во мне — хороший и желающий найти себе постоянную партнершу, пытается выйти наружу.
— Займись со мной любовью, Господин. Позволь себе быть хорошим в последний раз, независимо от того… — она опускает глаза, — независимо от того, что будет дальше.
Я откидываюсь назад и широко расставляю ноги, приподнимая их к талии. Она легонько вздрагивает, удобнее устраиваясь на моих коленях. Теперь мои глаза ищут ее, а сердце в груди начинает стучать еще сильнее. Она поднимает руки, чтобы обернуть вокруг моей шеи, но опускает их, когда ловит себя на мысли, что у нее нет на это разрешения. Господина во мне переполняет гордость. Я хорошо ее обучаю. По крайней мере, на данный момент. Я могу научить ее гораздо большему, если захочу.
— Сделай это. Обними меня руками за шею, — я отклоняюсь, в то время как она хватается за меня. Моя поясница касается стены, и я беру ее лицо в ладони и наклоняю к своим губам. Когда она оказывается в пределах моей досягаемости, я жду, проверяя, сделает ли она какое — либо движение. Она не делает. Еще один признак того, что она учится.
— Хорошая девочка. Теперь, поцелуй меня.
С небольшим нажимом я проскальзываю своим языком между ее губ. Она отдает мне всю себя, когда открывает рот. Я перехватываю инициативу, и она подчиняется. Массируя щель в том же темпе, я медленно посасываю ее язык, в точности повторяя движения руки, от чего она начинает скользить своей киской напротив меня. Я не могу взять ее. Не в штанах. Я протягиваю руку, расстегиваю кнопку и молнию, а потом стягиваю их по своим бедрам. Когда член свободно подскакивает и ложится на мой живот, ее рука дергается, желая прикоснуться ко мне.
— Можно мне, Господин?
— Бл*дь, да. Дотронься до меня, рабыня, — я тяну Диану обратно, пока ее губы не оказываются напротив моих, не в состоянии выдержать расставание. Из меня вырывается неподдающийся контролю стон, когда ее маленькая ручка пытается обернуться вокруг моего члена. Пальцы дрожат от желания погрузиться в ее волосы, чтобы ускорить процесс. Я знаю, что не должен торопиться. Мы даже не должны делать это, но мне все равно. Бл*дь, я не могу отказать ни ей, ни себе. Последний раз… и мы уйдем, громко хлопнув дверью. Это будет идеальная концовка такой трагической истории.