Как будто Линберны одновременно были и джинами, исполняющими желания, и чудовищами, которые только и ждут подходящего момента, чтобы напасть.
Джаред холодно наблюдал за Холли ледяными глазами. Он сказал:
— Теперь мы вернулись.
Шлем у ног Холли разлетелся на хрустальные кусочки. Холли прикусила губу и посмотрела на Анджелу, как будто та была единственно возможным источником утешения, будто Кэми с Джаредом были её врагами. Анджела уставилась на бледные и прозрачные осколки на полу, и выражение её лица стало еще более возмущенным.
Кэми поднялась, ладони её лежали на столе.
— Приятель, тебе придется за это заплатить, — мягко сказала она.
— Я не верю, что вы можете читать мысли друг друга. Ты можешь быть магом или преступником или воздушным шариком в виде жирафа, мне плевать, — сказала Анджела Джареду, а затем взглянула на Кэми. — Но ты-то моя лучшая подруга. И я тебя умоляю, скажи, что этот помешанный на контроле псих не уверил тебя, что может мысленно с тобой разговаривать.
Кэми не смогла сдержать улыбку, даже несмотря на то, что взгляд Анджелы стал еще более свирепым. Анджела просила доказательств, и Кэми могла легко их предоставить.
— Нам всего-то и нужно, — сказала Кэми, — что провести эксперимент. Я хочу, чтобы ты спустилась со мной по лестнице, Анджела, и сказала мне что-нибудь, чего я не знаю. А затем Джаред скажет Холли то, что ты сказала мне.
— Ничего подобного я делать не буду!
Кэми приподняла голову, чтобы взглянуть Анджеле в глаза.
— Ну, ты ведь уверена, что это неправда, — сказала она. — Разве не хочешь доказать это?
Анджела довольно долгое мгновение выдерживала её взгляд.
— Ладно, — огрызнулась она, и развернулась.
Её черные волосы взметнулись с плеч, словно накидка. Она пошла к двери, её ноги съели расстояние в четыре длинных, ровных шага и остановились у порога рядом с Холли. Аккуратно изогнутый рот Анджелы немного смягчился.
— Ты в порядке? — спросила она.
Холли протянула руку и дотронулась до руки Анджелы, слабо переплетя свои пальцы с её.
— Ага, — сказала она и выдавила из себя в ответ улыбку.
Энджи кивнула Холли и вышла.
— Все пройдет исключительно замечательно. У меня есть план, — заверила Кэми Холли и прошмыгнула мимо.
— Ну да, — сказала Холли. Она смотрела с сомнением, но, скорее всего, от того, что Кэми с Анджелой оставили её наедине с парнем, который словно стоял на краю пропасти и готов был вот-вот с него спрыгнуть.
Во взгляде же Анджелы не виделось никакого сомнения, по крайней мере, пока они с Кэми спускались вниз на темную лестничную клетку. Стук её сапог на высоком каблуке об пол отражался, словно выстрелы, ступенька за ступенькой.
— Ты моя лучшая подруга, — сказал Кэми, глядя на суровое лицо Анджелы. — Я всегда могла тебе доверится, уверенная, что ты не сочтешь меня чокнутой.
— Твоя вера трогательна, но совершенно неуместна, — сказала Анджела. — Я верю, что ты почетный гражданин сказочной страны Тучекукуйск, и в этом году тебя запросто изберут там мэром. — Она дошла до нижней ступеньки и обернулась, устремив взгляд на Кэми. — Но ты можешь мне доверять.
— Так доверься и ты мне, — сказала Кэми. — Расскажи свой секрет.
Анджела на секунду засомневалась, глядя сверху вниз на Кэми. Она все еще выглядела злой, но подалась вперед. Её лицо было все еще застывшим и гневным, но она аккуратно убрала с лица Кэми волосы и прошептала ей на ухо.
Когда они вернулись, то обнаружили Джареда, стоящего перед Холли на коленях. Увидев это зрелище, Кэми приподняла брови: Холли, безусловно, была очень популярна среди парней, но, как показывает опыт Кэми они редко БУКВАЛЬНО бросались к её ногам. Они все посмотрели вниз на склоненную светлую голову Джареда и увидели, что он собрал и держал в руках осколки стекла и фрагменты пластмассы. Его ладони мерцали магией.
Воздух в их штабе, казалось, ни с того ни с сего, истончился, и стал похож на высокогорный. «Линберны ушли», — подумала Кэми. Но больше это не так.
Осколки кристалликов сверкали, словно солнечные зайчики на снегу, в то время как пластмасса корпуса шлема сияла кремовым цветом, словно была обнаружена ночью при свете свечи.
Джаред посмотрел вверх.
— Я не могу его починить, — сказал он. Уголок его рта устало приподнялся и он криво улыбнулся. — Не удивительно, что я лучше ломаю вещи, чем латаю их. Мне жаль. Я куплю тебе новый.
— Ладно, — сказала Холли. — Я люблю яркие цвета. Может быть, красный или оранжевый.