— Но, — начала она оправдываться, как сразу же закусила губу. Арон придал лицу максимальную серьёзность, Малая же не могла ничего противопоставить его излюбленной манипуляции. Шуршала губами невнятно, шептала что-то глухо.
— Чтобы больше я таких слов от тебя не слышал, поняла? — она нервно сглотнула, когда Большой Босс её отчитывал, удерживая за подбородок, заставляя смотреть в глаза. Краснела, потому что дико нравилось, а попросить стеснялась. После неуверенного, сложно-исполнимого кивка получила награду воздушный поцелуй в нос. — А теперь беги переодеваться в бальное платье, красавица.
— А вот и не угадал, у меня не платье! — Маленькая Леди элегантно выпуталась из объятий, специально нагнулась к шнуркам, подставив попку для очередного шлепка. — Ай, за что?
На вопрос ей не ответили, могучая спина Арона плавно скрылась за тёмным поворотом. Элиана быстро стряхнула ботинки с ног, подхватила серый рюкзак с напиханной сменной одеждой, мышкой юркнула в ванную, заперевшись там. Первым делом помыла руки, и уж потом стала переодеваться. Чёрные чулки плотно обхватывали стройные ножки, кружевная вставка, обнимающая бёдра, пряталась под изумрудной юбкой-колокольчиком. А сверху на голое тело надела светлую, серебряную блузу без рукавов и глубоким вырезом. Специально выбрала такой наряд, старалась для любимого, чтобы порадовать.
Готова. Почти, в последний момент Малая застыла в нерешительности, после покраснев от пошлых мыслей, стянула бельё, положила к остальным аккуратно сложенным вещам. По велению руки щёлкнул замо́к, за дверью Маленькая Леди ойкнула, уткнулась носом Большому Боссу в грудь. Вечно он бесшумно подкрадывался, негодяй. Иногда это прям до трясучки бесило.
— Какая прелесть, ты уже готова, — Арон приобнял гостью одной рукой. Тоже успел переодеться, на удивление, почти попал в её образ по цветовой гамме. Чёрные классические брюки, а наверху серебристая рубашка, только на несколько тонов темнее оттенка, чем у Эли. — Сильно голодна?
— Вообще, нет. Пойду, вещи кину, может, что-то с кухни перехвачу. А ты мясо ставить? Не запачкаешься? — один укоризненный взгляд на довольную, ехидную девичью мордашку. Элиана поднялась на носочки и поцеловала любимого в щёку, опалив тёплым дыханием. — Я к тебе морозиться не пойду, как соскучишься, сам приходи.
В коридоре они разошлись. Арон недолго шуршал одеждой, гремел обувью, а в конце скрипнул дверью. Эли же, как и говорила, оставила вещи в спальне, там же вновь отзвонилась матери, поздравила с праздником отца, скоро завершив разговор. Почти родные стены дома любимого, где каждый уголок знаком до безобразия, а запах кружил голову терпкостью сигар. Дым впитался в мебель, воскрешал во рту остро-пряный вкус любимого. Малая навострила стопы на кухню, слишком просторная для неё, зато свободно, есть где развернуться, даже компании на десять человек. Столешницы всё же чересчур высокие, делались под рост хозяина. На обеденном столе две хрустальные вазочки: одна массивная, тяжёлая со спелыми фруктами, вторая — миниатюрная с горкой конфет и шоколадок. Взгляд с прищуром чуть не прожёг пёструю кожуру питахайи, подготовился, вредный.
Маленькая Леди с минуту копалась в вазочке с яркими обёртками, пока не нашла так обожаемые сливочные с кокосом шарики, развернула и схомячила, захватив одну на потом. Ещё в начале месяца они с Ароном условились, что на праздник не будут готовить огромный стол, так пара закусок к вину и мясо. Им двоим вполне достаточно для скромного романтического вечера. Чтобы не скучать при нарезке съедобной мелочёвки, Эли включила фоном музыку, достала доску, нож, помыла свежие овощи. Огурец ушёл первый, занял собой всё пространство. Глухой шлепок по лбу огласил кухню — Малая по невнимательности забыла тарелки. Подумаешь, забыла, разве такая серьёзная проблема? Для неё с таким ростом — ещё какая!
Но тут уж ничего не попишешь, Эли подхватила стул и потащила его к кухонному гарнитуру. Хозяин хранил красивые тарелки под потолком, чтоб его! Беззвучно выругавшись, она болезненно закусила губу, наказывая за плохое поведение, оскорбления в сторону любимого. Пусть и в голове, а не вслух, однако всё равно неправильно, запрещено. Ловко взбиралась высоко, при этом мысленно прикидывала, сколько нужно посуды, не хотелось тратить лишние минуты на скачки туда-сюда. Элиана вздрогнула от прикосновения к ноге, грубая ладонь замерла в дюйме от ягодицы. Она ли увлеклась расчётами, или же Арон схитрил — в сущности, какая уже разница? Им обоим очень повезло, что Малая не успела ничего взять, иначе всё выронила от испуга.