Глава 2
Незабудка. Арина Незабудкина
Я его уже видела. И не только вчера, когда он завалился в отцовский дом пьяный в компании друга и моей так сказать сестры. Раньше. В окно.
Лучше бы не видела.
Тогда, в первый раз, я поразилась его грации и пластике. Он занимался во дворе соседнего дома какой-то восточной фигнёй, типа у-шу, а я не могла отвести глаз. Его мышцы перекатывались, будто под воздействием магии, он был таким… я не знаю, как сказать… Наверное, волшебным сказочным принцем, героем фильма, а потом… Потом он пришёл к нам в дом вместе с Леной. Они были пьяные и не давали мне спать всю ночь.
За эту ночь принц превратился в чёрт знает кого. В жабу? Похотливого оборотня?
Да, точно! Именно такими их и описывают в книжках. Рычал он там, за стеной, на моей новой «родственнице» точно как животное. А она ему не уступала. Орала, как мартовская кошка. Пришлось заткнуть уши подушкой.
Не думала, что так бывает в реальной жизни. Всегда считала, что в порно приукрашивают. Да-да, я его смотрела. Ради общего развития. Как не посмотреть? Впечатлилась, но ни на миг не поверила актёрам. А тут…
В какой-то момент мне захотелось хоть раз в жизни заорать так же, как Ленка. А что если я проживу, не узнав, что такое оргазм? Ночью меня этот вопрос волновал особенно сильно почему-то. Я вообще уже двадцать лет жизни прожила, много чего потеряв, стоит ли продолжать в том же духе?
Утром встаю рано и, пока они спят, иду к бассейну. Хочу поплавать и выкинуть глупые мысли из головы. Надеюсь, они не очнутся до обеда, но нет. Правильно говорил мой бывший сосед Петрович: «Сон алкоголика чуток и краток». Вся весёлая, помятая троица тоже является освежиться.
Вблизи он ещё круче, чем издалека. Даже такой потрёпанный выглядит, как звезда экрана. Тёмные волосы и светлые льдистые глаза — мне всегда нравился такой типаж. Причёска ещё такая говорящая — «сразу после секса». Хмурый, брутальный, щетина отросла, но всё равно не скрывает волевой подбородок. Про фигуру вообще молчу. Сестра вчера орала: «Артур, ещё! Ещё!». Ему подходит это имя.
Я теряюсь, как обычно, и не могу перестать на него пялиться, хоть щёки и заливает румянец, а дыхание сбивается.
Нелепо думать, что Лена промолчит и не выльет на меня ушат помоев. Но это не важно. И второй парень не важен, он просто шут, декорация. Они что-то говорят, смеются — я не слышу. Ничего не важно. Вижу только его. И в какой-то момент после того, как под взглядом короля Артура чувствую, как мокнут мои трусики, понимаю — надо бежать!
И я срываюсь с места, как дура. Как малолетка! Уф-ф.
Почему я так не уверена в себе? От досады и злости хмурюсь, нервничаю, руки начинают дрожать, глаза застилают слёзы. С трудом не спотыкаюсь на ступеньках, стремясь скорее добраться до моей комнаты. А там решительно сбрасываю полотенце, за ним купальник и подбегаю к ростовому зеркалу.
Кружусь перед ним совершенно голая, рассматриваю себя. У меня все хорошо с внешностью: ноги не кривые и длина нормальная, подтянутые ягодицы, бедра округлые и без лишних «ушей», талия имеется. Вроде даже и тонкая. Грудью тоже природа не обидела — второй размер меня вполне устраивает. Конечно, не четвёрка, как у сестры, но зато всё своё! Зря я комплексую.
В какой-то миг ощущаю себя Маргаритой, которую Воланд позвал на праздник.
Знаю-знаю, я немного не от мира сего. Люблю читать, фантазировать и воспитана бабушкой на классике. Но понимаю: так дальше продолжаться не может.
Мой прошлый мир рухнул в одночасье, а к новому я оказалась не готова, но я ведь не идиотка. Я смогу к нему приспособиться.
Я решила меняться. И начну прямо сейчас. Тем более у меня есть план. У меня сегодня назначена встреча с одной знакомой из прошлого.
Раньше Вика жила на одной лестничной площадке с нами — со мной и бабушкой, — но три года назад после школы уехала в столицу. Приезжала навестить родителей всегда шумная, яркая… Я очень обрадовалась, когда Вика, с детства отличавшаяся деловой хваткой, меня вспомнила и согласилась встретиться. Мне очень нужна её помощь, ведь в доме отца я оставаться не хочу — мне здесь не рады. Ушла бы прямо сейчас, было бы куда.
Душ принимаю не торопясь, с удовольствием. У меня ещё есть время, и я его тяну, надеясь, что гости отправятся восвояси. Я не хочу опять теряться под взглядом серых глаз Артура. Тру себя мочалкой беспощадно, потому что мысли о нём опять заставляют испытывать ненужные фантазии. Я даже смотрю на душ несколько секунд, размышляя: а может, попробовать?