Просьбу мужчины консультант исполнила быстро, Влад осторожно приподнял Ромину голову и легонько пошлепал парня по щеке:
- Рома! Открой глаза, Ром! Посмотри-ка на меня. Ну же!
Синие глаза были мутными, кажется, их хозяин даже не понимал, что вообще происходит. Влад разжал его челюсть и быстро вложил таблетки:
- Пей. Глотай, Рома! Ну же!
Вода текла по подбородку за шиворот, но никто не обращал на это внимания. Влад успокоился, когда его подопечный смог проглотить лекарство.
- Спасибо. – искренне поблагодарил он девушку-консультанта – Не поможете мне донести товар до машины?
Девушка охотно согласилась. И Влад, подхватив тщедушное тельце Ромы на руки, первым вышел из бутика. На холодном кафельном полу осталась лежать теплая вязаная шапка, что так не шла Алексею-Роману.
***
Рома нашел себя дома, на диване. Как и раньше уже бывало, рядом, на полу, сидел его начальник, сидел тихо, без движения, и о чем-то сосредоточенно думал.
- Влад? – слабо окликнул его парень, пытаясь принять сидячее положение.
- Лежи. Полежи еще немного. – откликнулся тот. Голос его был непривычно тихим, даже грустным.
Рому захлестнула волна стыда и ненависти к самому себе. Он мог представить, как нелегко сейчас приходится его единственному другу. И впервые за все это время слегка осипшим от волнения голосом Рома предложил:
- Давай поговорим?
- Давай. – Влад повернул к нему голову и посмотрел спокойным, но пронзительным взглядом, от которого Рома почувствовал себя так, будто находился под рентгеновскими лучами – Мне очень хочется знать, что происходит у тебя в голове. Не поделишься своими мыслями?
- Я это и собирался сделать. – смутился парень – Знаю, что ты расстроен тем, как я себя веду. Но, пожалуйста, Влад, давай не будем устраивать праздников с моим участием? Тебе лучше встретить Новый Год с друзьями или девушкой, которая тебе нравится, а еще лучше, съезди к родителям.
- И оставить тебя одного? – мужчина выгнул светлую бровь в немом вопросе.
- Да.
- Нет. – копируя тон Ромы ответил Влад – Ты мой единственный и самый близкий друг, пусть ты даже забудешь об этом. Я привык заботиться о тебе, и мне это даже нравится.
- Зачем тебе это? Зачем смотреть на умирающего от рака человека? Неужели нравится это зрелище? – голос Ромы был спокоен, но, присмотревшись внимательнее, можно было заметить, как сцепил он дрожащие пальцы в замок.
- Ты совсем дурак? – обиделся Влад – Мне нравится видеть, что мои старания хоть как-то тебе помогают. Как бы то ни было, я хочу, чтобы хоть иногда ты улыбался, хочу помочь тебе быть счастливым хотя бы краткий миг. Но в последнее время я никак не могу заставить тебя улыбнуться, и это меня расстраивает. Я чувствую собственную бесполезность.
- Прости меня. Это не твоя вина. Просто я… - неожиданная краска смущения казалась на Роминых впалых щеках пугающе неестественной – Нет, не так. У меня нет сил на какие-либо эмоции, поэтому я не хочу праздников. Не хочу притворяться. Я устал, Влад, очень устал. Все, о чем я могу думать, это…
Рома замолчал так же резко, как и появился его болезненный румянец. Он будто подавился своими же словами, и Влад подозрительно прищурился:
- О чем? Рома, о чем ты думаешь?
- Скорее бы… - чуть слышно прошептал в ответ Незабудка. В уголках его нереально синих глаз блеснули сдерживаемые так долго слезы.
Влад просто не знал, как отреагировать на это неожиданное откровение, которое он и так знал, но не думал, что все же услышит, так сказать, из первых уст. Как он должен отреагировать? Что он должен почувствовать в ответ на это измученное «скорее бы»? Он не мог злиться на Незабудку за то, что он такой слабый, хотя очень хотелось, потому, что и представить себе не мог, какого это, умирать от злокачественной двусторонней опухоли височных долей головного мозга. Поэтому Влад просто обнял этого парня, как обнял бы, наверное, младшего брата, если бы только у него имелся таковой. Ромка же, ощутив в такой эмоционально тяжелый для него момент живое человеческое тепло и поддержку, разревелся, как ребенок.
- Раз уж у нас сегодня день откровений, я тоже кое-что расскажу. Я должен сказать, иначе никогда не решусь. – тихо сказал Влад.
Ромка мгновенно отстранился, поднял на него встревоженные и заплаканные глаза:
- О чем ты?
Влад не знал, как смотреть на него, но отвернуться себе не позволил. Напротив, посмотрел Роме прямо в глаза, спокойно и серьезно:
- Послушай меня спокойно и внимательно. Твои воспоминания раз за разом теряются из-за болезни, ты и сам это знаешь. Я не знал тебя здоровым. Так уж вышло, что однажды череда не самых приятных событий привела меня на крышу многоэтажного жилого дома, и там я нашел тебя. Ты не помнишь, но для меня это будто бы случилось вчера. Ты собирался прыгнуть с крыши, и я тебя поймал. Вот так мы познакомились. Тогда твоя болезнь уже была, и ты не помнил ничего о себе, а я ничего о тебе не знал. Но, думаю, что это была судьба, провидение, высшие силы – называй, как угодно. Потому, что, если бы не эта встреча с тобой, я никогда бы не узнал Нику.