- Привет, - наконец отвечает он. Голос Роба глух, будто он спросонья.
- Привет, - мой хриплый. Машу сестре и маме, прося выйти и оставить меня наедине. – Роб, я должна тебе кое-что рассказать…
- Что? Ты уже не девственница? – холод ползет по позвоночнику. Роберт отрешен будто. Это ранит, царапая душу.
- Девственница, - всхлипываю. – Роберт, я могу объяснить, я…
- Мама видела фото в журнале, - говорит, не меняя интонации. – Знаешь, что она мне сказала, показывая твои фото и статью под ними?
- Роберт, - голос дрожит.
- Что ты, твою мать, очередная шалава! – кричит в трубку. – Моя невеста! Шалава! – внутренности просто лопаются и кровоточат.
- Я не шалава! – повышаю голос. – Ничего не было!
- Этот мудак своим языком проверил кислотность твоего желудка! И это ничего? Ничего?! – Роберт пышет злостью, обидой, разочарованием. – А если бы на твоем месте оказался я? Чтобы ты чувствовала?! Скажи!
- Я люблю тебя! Дай мне шанс все объяснить! – молчание. Слезы стекают горячими ручьями по щекам.
- Хорошо, - отвечает Роберт. – Выходи. Если ты, конечно, дома.
Выбегаю из дома. Мама едва успевает меня поймать, чтобы надеть тапки.
Машина Роберта стоит чуть поодаль. Сребристый «Мерседес» бизнес-класса. Я несусь к ней не сбавляя скорости. Открываю водительскую дверь, и убедившись, что за рулем Роб, запрыгиваю к нему на колени.
- Янина, - он пытается отстранится, но не тут-то было. Вжимаюсь в него всем телом. Пальцами впиваюсь в плечи.
- Роберт! – жадно вдыхаю его запах. Родной. До боли знакомый. – Роберт! – еще отчаяннее. Целую его шею. Скулу. Тянусь к губам. Теперь я точно знаю как надо.
- Перестань, - говорит Роб, но не отпихивает меня, не отстраняется. Просто закрывает глаза и откидывает голову на подголовник.
Я часто дышу.
- Есть всего лишь два способа доказать тебе, что ничего не было…
- Поцелуй был? – спрашивает, не открывая глаз.
- Был. Он спутал меня с Соней. Я была пьяна, и видимо позволила считать себя сестрой, - говорю быстро, будто тикает таймер. - Я виновата! Я прошу поверить мне!
- Два способа? – Роберт смотрит на меня прищурившись. Его глаза цвета гречишного меда, чуть темнее обычного.
- Первый, - голос дрожит. – Мы сейчас едем к врачу, которого ты выберешь. Проходим осмотр, - Роберт морщится. Крепко сжимает челюсти, их очертания проступают.
- Какой второй? – произносит сквозь стиснутые зубы.
- Мы отъезжаем подальше, от моего дома, - Роберт смотрит в глаза.
- И?
- И мы занимаемся любовью, - его взгляд застывает. А после Роберт тянется и целует меня. В губы.
9.1
- Ян, - Роберт отстраняется первым. Наше дыхание синхронно-частое, жаркое. Мое лицо пылает, я чувствую этот жар. Кожу жжет еще и стыд. Кусает щеки. Мне бы зажмурится, чтобы не видеть открытый взгляд Роберта. В нем много оттенков, но ни одного мрачного, осуждающего. Роб ласкает меня взглядом, скользит теплом по лицу. Его большие ладони блуждают по спине, путаются в волосах. Роберт смотрит на мои губы, облизывает свои. Сам тянется. Снова целует. На этот раз мягко. Как прежде. Как привыкла. Возбуждая во мне новый приступ вины.
Я жмусь к Луцу всем телом. Как исправить все? Стереть? Смыть?
- Ян, - Роберт делает вторую попытку. На этот раз на его лице грустная улыбка и я все же жмурюсь. Чтобы ее не видеть. Боже, какая же я все-таки дрянь!
- Прости меня, - шепчу. В мыслях невероятных хаос. Язык не слушается. Снова жмусь к Робу. Пожалуйста! Почувствуй! Я виновата перед тобой!
- Янина! – Роберт за плечи меня отстраняет. – Я хочу закрыть эту тему, - отчаянно киваю. Я тоже этого хочу. Роберт на мгновение прикрывает глаза. – То, что ты предлагаешь, оригинально, - улыбается. – Особенно второй вариант, - Роб сжимает талию, толкается бедрами. Его возбуждение действительно огромное. В душе, робко загорается и мое возбуждение, с легкой примесью облегчения. Роберт хочет меня! Несмотря на то, что я натворила он по-прежнему меня хочет! Все это бьет в голову, как алкоголь. До головокружения, легкости.
- Поедем? – ёрзаю тазом. Робер стонет, и следом смеётся, пытаясь обездвижить меня, сильнее сжимаю талию.
- Ты убиваешь мое благородство, - его улыбка широкая, открытая. Глаза темные. Желание в них явное, вязкое, тягучее и сладкое, как мед.
По телу проходит дрожь. Вздыхаю. Втягиваю в рот нижнюю губу. Робер наблюдает безотрывно.
- Почти убила, Ян, - и он не шутит. – Мы обязательно займемся любовь, Янина. Но не в машине. На большой постели. Я сниму с тебя белое платье. Но перед этим, надену на безымянный палец обручальное кольцо.