- Мне нечего дать взамен, - на щеках выступает румянец.
- Если ты умеешь готовить, мы сможем договорится, - за Яной приятно наблюдать. У нее красивое, живое, я бы сказал говорящее лицо. На нем, как в зеркале, отражаются все ее эмоции.
- Что-то не очень сложное, я смогу приготовить.
- Я люблю попроще. Сегодня обойдемся доставкой, - достаю телефон, снимаю блокировку и протягиваю Романовой. – Выбирай, а я пока схожу в душ.
Янка берет гаджет неуверенно, будто ждет подвоха.
- А ты что будешь?
- То же, что и ты, - но сначала холодный душ.
- Егор! – оборачиваюсь на пороге. – Спасибо.
20
Три дня, из десяти, пролетели.
Маринка успела за эти дни проесть мне мозг, десертной ложкой. Динамить Луца становилось все труднее, парень оказался настойчивым. Зовет Марину в Москву. Погулять на Патриках. Настырный. Он Яне реже звонит и пишет, нежели чем Марине. А когда все же звонит развешивает на ушах невесты тонны лапши. Романова верит, что для меня странно. Очевидно же, что все его слова сшиты белыми нитками. Естественно, я держу свои мысли при себе. Еще и руки держу при себе, хотя не распускать их, с каждым днем становится все труднее. Трогать Романову хочется. До зуда в конечностях. Она, даже в моих вещах, ходячая провокация! Нахрена Луцу левые девки, когда у него есть такое сокровище? Будь я на его месте…
Как правило, в этот момент я себя торможу. Потому что, я не на его месте. И вряд ли когда-нибудь буду. Но все же, чертовски приятно возвращаться домой. К Яне. Смотреть на нее еще приятнее. Даже в том, что ее нельзя трогать есть свой вайб, с налетом извращения, не без этого, но все же есть.
- Привет, - Янка встречает в прихожей.
- Привет, - ее погрустневшая физиономия сразу бросается в глаза. – Чего скисла? – пожимает плечами.
- Как день прошел?
- Расскажу, если накормишь ужином. Жрать хочу адски, - Янка улыбается.
- Иди мой руки.
Пиздец, как круто это прозвучало!
Романова накрывает на стол. На большой тарелке жаренная, золотистая картошка, отварные сосиски и салат из овощей. Садится рядом.
Не до разговоров, от ароматов, едва слюной не захлебываюсь.
- Очень вкусно, - Янка, от похвалы, расцветает.
- Надо бы купить продуктов.
- Я оставлю деньги и ключи. Ты машину водишь?
- Нет.
- Можем вместе доехать до супермаркета.
- Завтра? – спрашивает.
- Давай завтра. Чем занималась? Расскажи, пока ем. Я буду следующим.
- Ой, да ничем! – всплескивает руками. – Провела влажную уборку, ужин, вот приготовила. Я, в общем-то, домоседка. Но сейчас, будто не по себе.
- Что с универом?
- Сессию я уже закрыла. Появляется там нет необходимости. Теперь ты, - подпирает ладошками подбородок.
- Ешь давай, - улыбаюсь. Яна берется за вилку. – Я с отцом работаю. Фирма занимается строительством, реконструкцией различных объектов, и кое-чем по мелочи.
- Папа говорил. Вы полностью отремонтировали старую турбазу?
- Не одну, если быть точным. Сейчас заняты стройкой торгового центра, в соседней области.
- Даже так? А почему в соседней? Наша область уже не нуждается в торговых центрах?
- Получилось вырубить приличный кусок земли. Вскоре он обрастет новостройками и центр придется, как нельзя, кстати.
- А чем мой отец занимается с твоим? Они, типа, партнерами стали, - Яна склоняет голову набок, неспеша пережевывая. – Не совсем понимаю, что у них может быть общего.
- Тут все, как раз, предельно ясно. Печатные издания постепенно загибаются, - Яна хмурится. – А строительство объектов торговли, наоборот, процветают. Твой отец собирается стать инвестором. Пока все на стадии проекта.
- Ясно, - утыкается в тарелку.
- Что с настроением? - Романова откладывает вилку в сторону. – Выкладывай, - вижу, что ей необходимо с кем-то поделится. Мои уши для нее всегда свободны.
- Не знаю, уместно ли…
- Роберт? – Янка кивает.
- Он будто отдалился. Я просто… Я ведь все ему рассказала, - и потом спешно добавляет. – Все-все! Дрянь, такая. Я, конечно, сама виновата.
- В чем? Интересно, - мне ее слова не нравятся.
- А то ты не знаешь! - на высоких скулах, пятнами, выступает румянец.
- Да брось. Все ошибаются. Тем более ничего непоправимого не случилось.
- Пфф, - фыркает. – Ты так говоришь, потому что не тебе изменили. Поставь себя на место Роберта!
- Не поверишь, но я ставлю.
- Да? – недоверчиво. – Ну и каково бы тебе было, если бы узнал, что твоя невеста, делала все эти… ужасные вещи?
- Я бы такого просто не допустил, - отвечаю холодно. Глупо, но внутри шевельнулось нечто, похожее на ревность.