24
Не могу сдержать улыбки. Аж морда трескается. Яна сказала мне «да».
Честно? Не был уверен в исходе. Не думал, что она сможет здраво оценить ситуацию, отбросив заморочки. Был готов ее отговаривать. И хорошо, что не пришлось. Я мог не сдержаться и вывалить на Романову всю правду про ее женишка. А Яна оказалась, умницей. Смогла-таки, все разложить по полочкам, проанализировать. Не струсила.
Мне, капец как сейчас хорошо!
Дофамин шпарит так, что в ушах стучит.
Курю уже вторую, даже не заведя автомобиль. А я, вроде как, уже опаздываю.
Тиская вчера Романову, я четко осознал, что хочу большего. Сильно большего. Вроде пазл сложился. Янка ждет дома: ужин, разговоры, секс. Много секса. Вчера звенело в воспоминаниях, как она извивалась подо мной, в ту ночь, имя мое выкрикивала. Счастливица-Яна, не помнит о той ночи нихера. Я же запомнил все, до мелочей. И хочу повторить. Прямо сейчас хочу.
Делаю еще одну глубокую затяжку и поправляю член.
- Ложись дружок, на бочок, - вся кровь осела внизу, увеличивая давление на ширинку почти до максимума. С Янкой я нахожусь в состоянии постоянного возбуждения, лишь степень варьируется между отметками: «выше среднего» и «пиздец, как хочу».
Со мной такое впервые, наверное, поэтому я готов встать на кривую, не представляя куда она меня выведет. Одно точно, Яну я отпускать не собираюсь. Остальное – переиграем.
Мобильный гудит на консоли, на экране Захар.
Завожу машину, снимаю трубку.
- Гор! – орет в трубку Захар. – Ты где? Я в машине сижу возле офиса.
- Уже еду. Жди.
- Жди, блядь! – передразнивает. Сбрасываю вызов.
Сегодняшняя встреча чисто номинальная. От моего присутствие уже мало что зависит. Мог бы с Яной остаться, но я привык все держать под контролем. Следом звонит отец.
- Егор! Где тебя носит?
- В пробке застрял, - притапливаю педаль газа, дорога пустая, абсолютно. – Буду через десять минут, - отец сбрасывает. Он на взводе. Желание отца сэкономить на качестве материалов привело к огромной дыре, в бюджете компании, по всем ощущениям черной. Он так привык наебывать систему, что поверил в свою полную безнаказанность. В черную дыру засосало не только прорву денег, но и отношения с партнерами. Пожалуй, только Романов еще не понял, что с отцом опасно иметь дело. Правда инвестором он пока не стал.
Когда подхожу к кабинету отца уже слышу ругань. Елизавета стоит у двери навытяжку.
- Егор! – взвизгивает. – Почему ты всегда опаздываешь? – возмущается.
- Лиза, - подхожу почти в плотную. Она запрокидывает лицо и смотрит не мигая. В вырезе блузки, если смотреть сверху, видно белое кружево, в котором грудь ходит ходуном, от частого дыхания. – Если ты сосешь папеньке, в перерыве между совещаниями, это не дает тебе право говорить со мной в таком тоне, - ее рот открывается. – Даже если в задницу даешь, - продолжаю. Деваха краснеет. – Разговаривать так со мной не смей, - отодвигаю Елизавету и захожу в кабинет.
Отец такой же красный, как и Лиза. Нависает над Захаром, которому, кажется похеру на все. Подельник курит, с самой равнодушной рожей на свете.
- Доброе утро, - отец смотрит прямо и зло. Наверняка хочет сказать мне какое-нибудь дерьмо, но терпит, глотает.
- Опаздываешь, сын, - говорит сухо, расстегивает несколько пуговиц рубашки, возвращаясь в свое генеральское кресло. Я сажусь напротив Захара.
- Егор, - сообщаю, протягивая ладонь для приветствия.
- Захар, - жмем руки.
- По какому случаю скандал?
- Наш поставщик, господин Костовой, отказывается предоставить нам отсрочку, - смотрю на Захара, выгибая бровь.
- Причина? – перед Захаром пластиковая папка, ее он и проталкивает по поверхности стола ко мне.
- Пробил нас на благонадежность, - поясняет отец саркастично, стирая пот со лба.
- Предусмотрительно, - киваю, открывая папку. Я знаю, что в ней. Сам вложил в нее листы, от первого до последнего. И тем не менее, делаю удивленное лицо, когда отрываюсь от чтива. – Все так плохо?
- Плохо? – взрывается отец, снова вставая на ноги. Начинает нарезать круги по кабинету. – Это все хуйня! Лажа!
- Александр Аркадьевич, - Захар закатывает глаза, пока отец его не видит. – Данные собирали люди из моего отдела безопасности. Я склонен им доверять, - будь на месте Захара кто-то другой, отца было бы не остановить. Он бы приложил все усилия, чтобы продавить: угрозы, шантаж, подкуп. С Захаром он сдерживается. Не забывает, кто его отец.
- Какие варианты?