35
Стараюсь отогнать все сомнения прочь.
Простыни холодят кожу, и я немного подрагиваю, от адреналина и капли, совсем маленькой, страха.
Я хочу, чтобы Егор стал моим первым. Егор относится ко мне как к своей девушке. Заботится, тратит свое время, деньги. Знакомит с друзьями, очевидно самыми близкими, раз он приходится крестным их единственному сыну. И я вижу, что далеко не безразлична ему.
Почему тогда так…нервно?
Прикрываю сначала обнаженное тело простыней, а следом и лицо прячу в ладонях. Я ведь хочу, что бы это был Егор? Но прямо сейчас?
Возбуждение, которое я должна чувствовать, его просто нет!
Тем временем шум воды из ванной стихает. Сердце гулко ухает где-то в горле. Очень хочется оказаться сейчас как можно дальше.
- Я так понимаю, секс отменяется? – весело звучит голос Соколова. Он сам стоит на пороге. На нем только полотенце, повязанное низко на бедрах. Капли воды стекают по его телу. Мокрые волосы прилипли ко лбу, а курчавые волосы на груди и животе сужаются к низу, скрываясь под полотенцем. Я смотрю на него и чувствую, как краснею. – Янка, ты настоящие динамо, - продолжает улыбаться. Откидывает волосы со лба. Мышцы, при каждом движении бугрятся и перекатываются под смуглой кожей.
- Егор, я…
- Да ладно, - отмахивается. Подходит к шкафу, достает боксеры. – Я понял, ты поспешила, - оборачивается, оставляя створку открытой. – Если не купила сегодня одежды для дома, выбирай любую футболку. Я пойду покурю.
Лежу некоторое время, боясь пошевелится. Внутри муторно. Егор хоть и не выглядел обиженным или разочарованным, но я точно знаю, что своим отказом ранила его.
Боже, как должно, наверное, по-идиотски это выглядеть со стороны! Я ведь отвечаю на его поцелуи, более того, таю от них словно воск. И опять же… никто меня за язык не тянул. Очередное спонтанное решение, как и то, когда я решилась на минет в душевой. С ним мне сложно быть рациональной и отдавать отчет своим поступкам и словам. Наверное поэтому, я снова веду себя…Опускаю ноги на пол, неуклюже заматываясь в простыню. Выхожу из спальни, прислушиваясь. В квартире тишина, повсюду включен свет.
Нахожу Соколова на балконе. Он курит, облокотившись на перила. Вместо полотенца – боксеры. Конечно, он слышал, что я вошла, но не повернулся. Сделал глубокую затяжку и выпустил струю в приоткрытое окно.
- Егор…
- Дай мне пять минут, Ян, - поднимает сигарету, зажатую между пальцев. – Докурю и снова буду полон оптимизма. Выбери пока фильм, какой-нибудь. Можешь заказать доставку. Мой телефон, наверное, в кухне валяется.
- Я понимаю, что обидела тебя…
- Я не обиделся, - обрывает. Оборачивается, скользит взглядом по мне, завернутую в простыню и со вздохом отворачивается. – Я маленький мальчик, по-твоему? Подрочу в душе, перед сном, делов – то.
Его слова отзываются во мне тупой болью.
- Я правда, поспешила.
- Ян, - Егор тушит окурок и оборачивается. Скрещивает руки на груди. – Я ведь знал, что ничего сегодня не получится. Планы были, куда же без них? Потискать тебя, как минимум. Программа максимум повторить, что было в особняке, накануне. Если бы ты снова сделала мне минет, я был бы счастлив, - краснею, хотя внутри все словно инеем покрывается. – У меня создается впечатление, что тебе просто не терпится покончить с прошлым. Ты так себе пути к отступлению отрезаешь? – хочу возразить, но Егор не дает. Останавливает взмахом руки. – Чем хуже, тем лучше, Ян? И сомнении уже не останется, - отрицательно качаю головой.
- Никаких сомнений, Егор, - стараюсь говорить твердо, но голос предательски дрожит. Вот что он себе надумал, оказывается? Не просто так говорил о моей правильности. Переспи я сегодня с Егором, я бы точно уже никогда не посмотрела в сторону Роберта. Я и не посмотрю. Только причина другая. О которой Егор даже подумать не может.
- Холодно, Ян, - его голос смягчается. – Иди в квартиру.
***
Янка кивает, понуро опустив голову и уходит с балкона. Я закуриваю снова. Уже третью сигарету.
Муторно, сука!
Будь на месте Янки другая, я бы задрал подол и трахнул в кухне, не сходя с места. Или потащил бы в душ, где произошел бы плавный, или не очень, старт долгого секс марафона.
Когда Янка дала согласие я даже не опешил. Вру. Опешил. Если точнее, то ахуел. Сначала отправил в душ ее, следом отправился сам. И там меня осенило, что история, блядь, повторяется. В то что Яна сделал мне минет перед встречей с бывшим, потому что хотела этого, я поверил. Но ненадолго. Романова облила мост керосином и бросила спичку. Назад дороги нет, раз сосала чужой хуй. Может не до конца сожгла? Еще один радикальный поступок все исправит. Вот только сомнения одолели. Не уверена что хочет? Или совсем не хочет?