- Пожалуйста, пожалуйста, - Яна царапает спину ноготками, льнет всем телом.
Не прорывая поцелуя, направляю член, к тому самому входу в рай. Я богохульник какой-то! Толкаюсь едва. Сдерживаться трудно.
- Мне не больно, - шепчет Яна поощряя. Естественно! Я ведь еще ничего не сделал.
Отстраняюсь, удерживая вес на одном локте. Толкаюсь еще раз, проникая чуть глубже. Считываю все ее эмоции. Хочется сделать это плавно и максимально безболезненно. И понимаю, что это провал. Замираю. Янка хмурится и губы кусает, хотя я едва продвинулся в своем «деле».
- Ян…
- Пожалуйста! – всхлипывает. – Не хочу больше боятся!
- Прости, - шепчу, загоняя член на треть. Яна сдерживает крик. Морщится от боли.
- Сейчас, сейчас, - зацеловываю ее лицо: глаза, скулы, губы – все в соли от слез.
- Мне не больно, - нагло врет.
- Надо потерпеть, - говорю с надломом. Проникаю глубже, а минуту спустя оказываюсь в Яне полностью. Горячая девочка, узкая, до головокружения.
Начинаю плавно двигаться. В моменте Яна успокаивается. Лицо расслабляется. Дышим в унисон.
Едва в нее не кончил, высунул за секунду «до». Янкины глаза стали неприлично большими, когда на живот полилась белесая жидкость.
- Яна, Яночка, - целую ее грудь, всасывая нежную кожу. Пот стекает по лбу. – Ты как? – в рту сухо, как в пустыне.
- Очень, - жмурится. – Очень хорошо.
- Врешь, - оба улыбаемся. Заваливаюсь на спину и тяну Яну на себя. Она устраивает хорошенькую головку мне на грудь. – В первый раз должно быть дерьмово, - перебираю ее спутанные волосы.
- Все нормально, правда, - Яна теснее прижимается. – Боль прошла быстро. А потом было приятно, - морщусь. – Надо в душ.
- Еще минутку поваляемся и пойдем.
38
Сижу в здании аэропорта.
Меньше, чем через полчаса приземлится самолет с родителями и Соней на борту.
Чувствую себя…странно.
Если бы Роберта не было в городе на момент сборов, я бы полетела вместе со всеми. И сейчас, а зале ожидание сидела бы не я, а он. Я бы бросилась ему на шею. Непременно сказала бы как скучала, и как рада его видеть. Роберт ответил бы тем же. Взявшись за руки, мы бы покинули здание аэропорта и отправились в какой-нибудь ресторан.
Я бы продолжила готовится к свадьбе.
И не было бы в моей жизни Егора. Не было бы его глаз, улыбки. Крепких объятий. Слов, что он шептал, прежде чем уснуть рядом. Не было бы щемящей нежности, и распирающего чувства любви. Становится по-настоящему страшно, в моменте. Я просто не представляю, как смогу без него. Даже от одной мимолетной мысли, внутри так больно становится, что почти не вздохнуть. На лбу выступает испарина.
Трясу головой, стараясь прогнать навязчивые картины, где я в белом, а Роберт в смокинге. Руки немного подрагивают. Прикрываю глаза и воскрешаю сегодняшнее утро.
Егор разбудил меня, когда за окном едва начало сереть утро. Легкие поцелуи в шею сзади, и едва уловимые прикосновения к животу прогнали сонный морок.
- Доброе утро, - шепнул Егор на ушко. Мурашки пробежали от корней волос, до кончиков пальцев, которые тут же поджались. – Что это тут у нас? – он провел ладонью вверх и сжал полушарие груди с дерзко торчащим соском. – Яна, - Егор прижимает меня вплотную к своей груди. В район поясницы упирается ярко выраженное возбуждение. Его дыхание частое, шумное. Лопатками чувствую биение его сердца.
После моего первого раза, случившегося несколько дней назад, Егор прикасался ко мне исключительно невинно. Держал за руку, когда мы гуляли, обнимал, когда смотрели фильмы по вечерам, нежно, но ненавязчиво целовал перед сном. Была мысль, что у нас не будет продолжения. Что ему не понравилось. Но я быстро поставила на ней крест. И вот, сегодня утром смогла убедится, что Егор все еще меня хочет. И я хочу его.
- Доброе утро, - мой голос хриплый.
- Попробуем тихонько, Ян? – Егор толкнулся бедрами, упираясь эрегированным членом сильнее.
- Я хочу тебя.
- Сильно? – рука скользнула по животу вниз. Без малейшего промедления Егор отодвинул ткань трусов и коснулся пальцами промежности. – Сильно, - подытожил. Голос сменил тональность. Его ласки сводили с ума. В животе осела колючая тяжесть. Егор уложил меня на спину, сам нависнув сверху. Широко развел мои колени. – Будет больно, скажи, - требовательно.
Больно? С чего бы? То, что я испытывала ничего общего с болью не имело!
Егор подводил меня к краю. Целовал, проникая в меня пальцами.
Я не сдерживалась. Шептала его имя как на репите.
- Пожалуйста, пожалуйста, - хныкала, царапая его плечи.