- Да, - выдыхает Соня. В лифте зеркала, вижу в отражении свой безумный взгляд. Ласкаю девчонку. Она в агонии бьется. Шепчет что-то. Целую Соню, вжимая в себя и зеркальную стену. Пальцем ласкаю вход в ее дырочку, не решаясь проникнуть. – Малыш, ты девственница? – спрашиваю снова. Мне нужно это услышать.
- Да. Это проблема?
- Нет, - снимаю Соню с перил. Она обхватывает торс ногами. Утыкается в шею, а я запускаю движение лифта.
- Трахнешь меня? – глухо спрашивает.
- Вылижу, - скольжу ладонями по ее телу.
- Ох, - она начинает ерзать на мне. – А ты? – отстраняется, смотрит в глаза. Створки лифта разъезжаются.
- Пососешь мне? Умеешь?
- Нет, - несу ее к двери своей квартиры.
- А хочешь?
- Да, - облизывает губы.
Оказавшись в квартире, включаю свет, запираю дверь, снимаю с себя Соню. Помогаю ей снять туфли, придерживая, чтобы не упала.
- Покажи член, - говорит она, разувшись. Считаю, что мне послышалось и переспрашиваю. – Покажи член, - нет, не послышалось. – Пожалуйста, - добавляет.
- Иди сюда, - веду Соню в гостиную, попутно включая свет и там. Замираем посередине. Расстёгиваю ремень, Соня смотрит на мой бугор, будто собирается там прожечь дыру. Пуговица, ширинка. Соня шумно сглатывает, я следом.
Спускаю брюки, боксеры.
Член выпрыгивает как черт из табакерки.
- Ох! Большой, да? – она смотрит мне в глаза. В ее смятение можно прочесть, если присмотреться. Я всматриваюсь.
- Впервые видишь член? – слова даются с трудом. Соня кивает. – Потрогай, - прошу. А сам уже тяну ее руку и кладу на свой хер. Она тут же одергивает. – Что? Что не так?
- Руки грязные, - хихикает. Прикрывает губы пальцами, которые только что были на моем члене. Это заводит.
- Хочешь в душ? Раздевайся! – пытаюсь сбавить градус для себя.
- Помоги, - она оборачивается спиной. Тяну язычок молнии вниз, снимаю с Сони платье. Мы быстро, оба, оказываемся без одежды. Подсаживаю Соню, за попку, на себя. Она смеется и стонет, одновременно, касаясь своей промежностью моего живота. Чем ее, блядь, накачали?
- Соня, - целую ее, пока пытаюсь отрегулировать температуру воды.
- Яна, - говорит она, отвечая на поцелуй. После касается губами моего лица, подбородка.
- Что? – отстраняюсь.
- Яна, - повторяет. Смотрит пошло и доверительно. Прижимаю ее к стене, включая душ. Едва горячие струи попадают на нас, она охает и тут же смеется. Запрокидывает голову, открывая доступ к своей тонкой шее. Принимаю приглашение и целую, каждый миллиметр зацеловываю. – Скажи, - просит, она тазом на моем прессе будто знаки шаманские вырисовывает.
- Яна, - выдыхаю между ласками. А после оба под струи. Целуемся в губы, глубоко, влажно. У меня мыслей нет. Они разбились вдребезги.
- Хочу, - выдыхает мне в рот. – Руки чистые, - показывает мне свои ладони, улыбается, пьяно прищуриваясь.
Опускаю ее ноги на пол душевой, но Соня-Яна тут же падает на колени. Смотрит на мой стояк снизу вверх, слегка скосив глаза.
- Мне потрогать? – спрашивает. Хочется ржать, но ровно до того момента, как ее пальцы касаются ствола. Она ведет ими вверх, вниз, мягко и неуверенно. Но так чувственно, что в районе поясницы скапливается напряжение. – Так? – кончиком языка касается головки.
- Так, - усилием воли заставляю себя замереть. – Яна, да?
- Ммм, - она кивает, обводя головку языком.
- А Соня твое Альтер эго? – она смеется, отдавая вибрацию на член. Пиздец, как приятно.
- Точно, - берет головку в рот, посасывает. Не глубоко. Запускаю пятерню в ее мокрые волосы.
- Тебе показать, как надо? – кивает. – Пошире рот открой, - проникаю в ее влажный рот, скольжу по шершавому язычку. – Вот так, - медленно и мягко толкаюсь. – Горло расслабь, я не буду глубоко, - слушается. В ее глазах можно утонуть. – Ммм, блядь, - чуть глубже. – Убери руки, - Яна опускает их вдоль тела. Податлива, как воск. – Вооот тааак, - проникаю глубже, удерживая ее за волосы чуть крепче. - Нравится, малыш? Потрогай себя. Ну же, давай, - она как заворожённая опускает руку по телу вниз, пальцы скрываются между разведённых бедер. – Ян, чистые же, - вынимаю член, поднимаю ее на ноги. – Пошли в постель?
Я впервые так нежен и обходителен с любовницей. Конкретно с этой, хочется пылинки сдувать.
Я в кровать несу ее на руках. Укладываю сразу на спину. Широко развожу острые коленки и сразу языком, по лобку.
- Аххх, - она выгибается, комкает в ладонях простынь.
- Сейчас, малыш, все будет, - обещаю обоим, касаясь языком ее сладкой, нежной плоти.
7
Янина
Первое что я почувствовала – сухость во рту. Прилипший к небу язык с трудом отлепила и все для того, чтобы тихо застонать. Ведь второе было – адская головная боль. Клянусь, что не уверена, цел ли мой череп. Руки слушались плохо, но, превозмогая боль, я все же, смогла дотронуться им до своей головы. Ощупать. Вроде цела. Сил шевелиться не было. Даже дышать не было сил. Хотелось воды и большую порцию аспирина. И снова провалиться в сон.