-Хватит… это.. Болтать! –возмутился тот, кого считали «снабжающим». Он напоминал подростка из начальных классов из-за низкого роста. Марк даже не заметил его среди груды мусора, когда зашел. -Каждому по три, типа, пакетика. На них написаны, адреса.
-Ну капевц,-остался недовольный Ярый, читая название улицы. –Я вчера там быв.
-Поменяйся с опоздавшим, -за то, что «снабжавший» стоял над ними, не давало привилегий в наркобизнесе. Такая же пешка и расходный материал. Как сам Марк, Женя и другие ребята. За любое неповиновение, от них без сожаления избавлялись. И никто не станет разбираться, если ли у человека семья, дети, больные родители. –Нам не нужно, типо, лишнее внимание.
-Я не вивоват, что парнивша полез дравца.
Ярым сам не прочь выпустить пар, влезая в драку. Делал это неумело, зато с душой.
-Тебя давно пора… это… в топку. Слишком, типо, приметным стал.
Ярый напрягся. Когда такое говорил один их тех, кому они подчиняются, нельзя воспринимать слова не всерьез. Выход из этого дела один – вперед ногами. Тот, кто стоит во главе, не допустит, что бы о их незаконной деятельности кто-нибудь растрепал.
-Забери у идиота его адреса, -Марк получил несколько пакетиков непонятного вещества, брезгливо сунув в карман.
Занимаясь, Марк ни за что сам не стал бы употреблять, как это делают большинство. Несколько лет назад, когда впервые решился на это, то планировал заработать немного денег и оставить гиблое дело. Но оказалось, просто так уйти нельзя.
На небольших пакетиках, имелись адреса, выведенные ровным подчерком. Даже каллиграфическим. Такой навык удивляет, если учесть, что снабдивший их, не выглядит, как человек умеющий писать и читать. Марк удивился, что кто-то из богатого района балуется этим. Интересно кто. Улица «Красной Розы», «Сандал» «Лаванда». Здесь один дом вычурнее другого, будто каждый соревнуется друг с другом своим богатством. У каждого во дворе свой садовник, дворецкий.
Марку некомфортно. Смущало все: начиная с асфальта, который будто чистят шампунем, а он своими грязными кроссовками следит, заканчивая неестественной обстановкой умиротворения и идеального мира. Даже птицы поют по-особенному, напевая аристократичные нотки.
Первую закладку оставил под мусорным контейнером и планировал сделать то же с остальными. Марк быстро разделался с ними и уже направлялся обратно, когда заметил на балконе второго этажа дома ее.
Одноклассницу Инну Глобу.
3. Авария и гаражная романтика.
Бессонница мучала Инну всю ночь, а когда, наконец, удалось задремать, за окном заверещали пернатые. Сон как рукой сняло. В результате отлежала ухо из-за неудобной позы и ударилась ногой, когда перевернулась на другой бок. Посмотрев на часы, поняла, что больше не заснет, а вставать только через час.
На пустующей кухне, сварила кофе и пошла, трапезничать на балкон, чтобы не пересечься с матерью. Устроившись в плетеном кресле, наблюдала за рассветом, наслаждаясь первыми лучами солнца, что попадали на бледное лицо. Воздух приятный, обволакивающий, пахнет: молотыми зернами, круассаном и бельгийским шоколадом из тайника.
На мгновение, Инна почувствовала себя окрыленной и влюбленной (разумеется, в себя).
Не зря говорят, весна пора любви. Как назло, в лоджии соседнего дома, появились Максим и Настя. Они только месяц назад поженились и еще не успели перерасти цветочно-букетный период. Инна скривилась, когда молодой сосед, обнимая, целовал жену и вложил в руку желтый тюльпан. К проявлению чувств, Инна относилась скептично. Во-первых, это всего лишь банальный выброс гормонов, которые успокоившись, унесут с собой все эти нежности и во-вторых, желтый к разлуке, идиот!
Нервно покачивая пушистым тапком, кидала ненавистные взгляды то на них, то на стол с домашней работой и сборником Есенина, стихи которого не выучила.
И во всем виноват Лебедев, гад!
Вчера, занимаясь на балконе, Инна заметила странного человека, прошедшего вдоль улицы и обратно. Здесь, чужие не ходили. Он не похож на человека, который мог жить в богатом районе или приехать погостить к кому-нибудь из соседей. Смутила черная кофта и капюшон скрывающий лицо. Только массивный кожаный ремень на штанах, показался очень знакомым. Инна убедилась в этом, когда недоделанный инкогнито обернулся. Пришлось приложить немало усилий, чтобы сыграть непринужденность.